– Что нам делать? Что нам делать? Бакшаан завтра разграбят! – Тормиел повернулся к Пилармо. – Это была твоя идея – ты придумал этот план!

Пилармо, заикаясь, предложил:

– Мы можем заплатить ему выкуп… подкупить его… дать им столько денег, чтобы они остались довольны.

– И кто же даст им эти деньги? – спросил Фаратт.

Спор продолжился.

Элрик с отвращением разглядывал мертвое тело Телеба К’аарны. Наконец он отвернулся и посмотрел на бледного Мунглама, который хриплым голосом сказал:

– Пойдем отсюда, Элрик. Йишана, как и обещала, ждет тебя в Бакшаане. Ты должен выполнить условия сделки, которую я заключил от твоего имени.

Элрик устало кивнул.

– Да, судя по всему, имррирцы взяли замок. Мы отдадим его им на разграбление, а сами исчезнем, пока еще можно. Ты мне позволишь побыть здесь немного одному? Меч не берет эту душу.

Мунглам благодарно вздохнул.

– Я встречусь с тобой во дворе через четверть часа. Я хочу получить свою часть добычи.

Каблуки Мунглама застучали по лестнице, а Элрик остался над телом врага. Он поднял руки, с его меча, который он все еще держал в правой руке, капала кровь.

– Дивим Твар! – воскликнул он. – Ты и твои соплеменники отомщены. Пусть тот демон, что удерживает душу Дивима Твара, отпустит ее теперь и вместо нее возьмет душу Телеба К’аарны.

В комнате появилось что-то невидимое и неосязаемое, но тем не менее ощутимое; оно помедлило над телом Телеба К’аарны. Элрик смотрел в окно, и ему показалось, что он слышит биение драконьих крыльев, что он ощущает кисловатый запах драконов, видит их крылатые контуры на фоне занимающейся зари – драконы уносили своего владыку.

На лице Элрика появилось подобие улыбки.

– Боги Мелнибонэ защищают тебя, где бы ты ни был, – тихо сказал он и, отвернувшись от мертвого тела, вышел из комнаты.

На лестнице он встретил Никорна из Илмара.

Лицо купца было исполнено гнева. Его трясло от ярости. В руке он держал большой меч.