Вот она! Нашел! Надо подойти, а я пошевелиться не мог. Стоял, смотрел на нее, опустив безвольно руки, и не мог взгляда отвести. В груди так ломило, что дышать трудно. Наблюдал за ней, как маньяк. Рассматривал через мутное стекло, ловил взглядом каждое движение, каждый взмах ресниц. Как же мне ее не хватало.

Таня, Танечка, моя. Родная.

Мне так хотелось, чтобы она посмотрела на меня, чтобы почувствовала мое присутствие. Наивно, но хотелось увидеть, как на губах расцветает улыбка, как раньше, в прошлой жизни, еще до того, как…

Хотя вряд ли она обрадуется. Если бы хотела видеть меня рядом, хотела бы быть со мной — не стала бы скрываться, давно уже вернулась в Синеборье. Только не похожа она на человека, горящего желанием вернуться в прошлое: спокойная, умиротворённая, и даже складочка между бровями расправилась.

Сейчас она мне казалась такой… счастливой, что екало где-то глубоко под сердцем.

Счастлива. Без меня. А чего ты хотел, большой серый волк? За ошибки надо платить самому, а не тянуть за собой на дно тех, кто от тебя пострадал. Мне так и не хватило смелости войти в магазин, посмотреть ей в глаза. Не смог. Хотел больше всего на свете, но не смог. Простоял в нерешительности, прильнув к витрине, а потом сбежал в маленькое кафе напротив. Сел у окна, чтобы было видно книжный магазин, и приготовился ждать. Не знаю чего. Всемирного потопа, окончания рабочего дня, озарения с небес… Просто ждал. Пил дешевый безвкусный кофе и ждал, не отрывая взгляда от размытого силуэта.

За весь день в магазине почти не было посетителей. Пара мамаш с детьми заходили, мужчина средних лет, пожилая семейная пара. Не очень в этом захолустье любили читать. Около пяти Таня все проверила, заперла дверь и не торопясь пошла прочь. Подозвав официантку, расплатился и выскользнул на улицу.

Танюша вышагивала впереди. В светлом пальтишке, красном берете, с сумочкой через плечо. Шла, засунув руки в карманы, посматривая по сторонам и улыбаясь. Я не видел улыбки, но чувствовал ее. Наслаждался ей, утопал в ней. Мой волк был чрезвычайно тих, и это насторожило. Он принюхивался, в недоумении смотрел, и я не сразу понял, что его беспокоило.

Таня меня не замечала. Не чувствовала. Несмотря на то, что ветер бил в спину, и наверняка принес мой запах, она никак не реагировала. Мои шаги ее не настораживали, а ведь она могла по ним узнать меня из тысячи. Сейчас не узнавала. Ни единого всплеска эмоций: ни радости, ни гнева, ни раздражения. Ничего. Она просто не знала, что я иду следом.

Неприятно зажгло в груди. Неужели… неужели опять грифельная волчица ушла, оставив Таню одну? В голове просто не укладывалось. Как это возможно? Я же вернул ее, вытащил на поверхность, тогда в лесу! Или разрушенная связь так и не восстановилась? Они так и не стали одним целым, несмотря на то, что времени прошло предостаточно? И почему такое ощущение, будто в этот раз все иначе?