Через полтора часа такой беспокойной карусели устали все. Иванов от внимания к собственной персоне, Лерд в силу возраста. Подождав, пока суетящийся доктор усядется, инспектор осторожно спросил:

— Так что со мной? И, если можно, без умных слов, по-простому.

Эскулап откинулся на спинку своего стула, устало потёр переносицу и спокойно, слегка менторски, заговорил:

— Необходимо обследование в условиях стационара. Я выписал направления на анализ крови, мо...

— Да это понятно, — раздосадовано отмахнулся парень, недовольный такой... коммерциализацией лечебного дела. Не то чтобы его бесил сам факт оплаты работы специалистов — просто он не любил пустословия и велеречивостей. — Вы мне на человеческом языке поясните, что к чему.

Игорь Моисеевич, похоже, был неплохим психологом и с таким типом пациентов, обожающих простые и вменяемые ответы, сталкивался не впервые. Быстренько скинув учёный лоск, Лерд продолжил, нисколько не обидевшись на то, что его весьма невежливо перебили:

— Если говорить в привычном для вас русле — то на текущий момент сложно сказать, в чём дело. Я не волшебник и по первичному осмотру больного точный диагноз редко устанавливаю. На первый взгляд, кроме повышенной температуры — вы в порядке. Но это ничего не значит! С открытием границ наши граждане бездумно ломанулись, словно одичавшие мамонты, по всему миру, попутно собирая экзотические для наших широт болезни! Вот и вы, где, говорите, отдыхали?

— Мальдивы, — Серёга потупился.

— Хорошо, что не Индия с их антисанитарией или Центральная Африка, — почти про себя протянул Игорь Моисеевич. Потом продолжил нормальным голосом. — Ложитесь в стационар. Прокапаетесь, мы исследуем ваш случай более подробно. Не думаю, что надолго задержитесь. Исходя из моего опыта, такие вещи лечатся, как правило, легко. Всё дело в установлении первоисточника неприятностей.

Последние слова прозвучали явно для успокоения клиента, однако Иванов доктору верил. Точнее, даже не ему, а репутации клиники. Согласно наспех читанных форумов и когда-то слышаных от знакомых отзывов — здесь, конечно, драли за лечение безбожно, однако болезни для накрутки суммы в чеке не выдумывали — блюли репутацию.

Пришлось соглашаться. Быстренько сбегав к Маше и попросив её привезти мыльно-рыльное, инспектор, оформив некоторые формальности, был препровождён на третий этаж клиники в отдельную, очень комфортабельную, палату. Пока обживался, из любопытства заглянув во все шкафчики и прогулявшись по коридору до поста дежурной медсестры — вернулась кицунэ, с натугой таща за собой объёмную сумку.