— Тоха. Смотри.

Швец отвлёкся от перезарядки, уставившись вперёд. Потом с великой досадой отбросил револьвер прямо в грязь, даже не проследив, куда именно он упал.

— Железяка...

Напарник последовал его примеру. В сурово-прекрасных творениях заокеанских оружейников теперь не было никакого смысла. Так, разве что рукояткой по лбу попробовать заехать, вместо дубинки. Причём кому именно — непонятно. Болвану — бесполезно, себе — бессмысленно.

Все их потуги расстрелять созданного при помощи колдовства управляемого болвана успехом не увенчались. Он стоял метрах в пятнадцати от напарников, сильно потрёпанный, с вырванными из корпуса, ноги и даже головы кусками импровизированной плоти. Попали в него раз восемь — не меньше. Вот только без толку — монстр по-прежнему пребывал в нормальном вертикальном положении, на своих ногах и рассыпаться в хлам или падать в конвульсиях, судя по всему, вообще не собирался.

Между тем, материализовавшийся столь странным образом беглец из Ада, совершенно не обращая внимания на замерших в нервном напряжении инспекторов, поднял одну грязно-чёрную руку, посмотрел на неё, весьма гибко пошевелил длинными, узловатыми пальцами. Потом то же самое проделал и со второй рукой. Покрутил головой вправо-влево, слегка присел. С явным интересом поковырял выбоины от пуль в собственном корпусе. Если бы не манекенное выражение его физиономии — можно было бы смело сказать, что тот удивлён.

Насмотревшись на собственное, порядком изуродованное, тело, Тоуч поднял нарисованные глаза на напарников и края его слабо прорисованного рта поползли, изгибаясь, вверх, деформируясь в дугу-улыбку.

У парней от такой перемены в настроении разыскиваемого всё сжалось внутри.

— Вызывай подмогу, — прошипел, стараясь, чтобы голем его не расслышал, Иванов.

— Не могу, — в том же стиле ответил Антон. — Марека подставим. Срок вроде бы не вышел — глядишь, и отмажется... Давай Карповича звать — он хоть в теме...

— Звонилка в машине осталась, — убито признался инспектор. — Брать не стал, не подумал... А по-другому связываться с ним я не умею...

— Я тоже. У меня только общая тревога есть. Значит сами... План стандартный: действуем по старинке, раз не получилось с револьверов его в набор для куличиков переработать. Я сейчас исчезну и, когда материализуюсь рядом с ним, сразу же Печатью в лоб, без особых умствований. Потом к нам, наверх — перехватить. Думаю, он где-то неподалёку от очереди появится, хотя может и сразу в Ад попасть — по месту прописки. Тогда нашему общему приятелю надо через шефа отсемафорить. Вдруг Тоуч ещё куда-нибудь забежит? Он парень резвый, как я погляжу, — говорил Швец спокойно, буднично, словно программу телепередач читал. При этом, в его словах явно чувствовалась уверенность в собственных силах.