Девушка не нашлась, что ответить на такую практичность и вместо скабрезной шуточки, так и просящейся с языка, заботливо поинтересовалась:

— У тебя размер какой? Я в посёлке магазин видела... А вещи я отстирать попробую. Жалко, хорошие...

***

Брюки удалось купить в посёлке. Самые обычные, из грубоватой, отдающей казёнщиной, ткани, однако инспектору эти тонкости были глубоко до одного места. Он весело, не покидая салона, натянул покупку на ноги, застегнул пуговицы и почувствовал себя гораздо уютнее. Ну не привык Серёга без штанов щеголять. Баня, собственная квартира и пляж не в счёт.

Элла при этом долго вздыхала, чисто по-женски сомневаясь в уже сделанном выборе, однако быстро успокоилась после вскользь брошенной парнем фразы: «Хорошие штаны. Чистые. Размер вполне подходит». Улыбнувшись скупой похвале и ещё раз пообещав выстирать сложенные в багажнике вещи, она переключила своё внимание на Ольгу Матвеевну.

Убедившись, что бабушка по-прежнему спит на заднем сидении и с ней всё в порядке, ведьмочка наконец-то решилась приступить к расспросам, буквально выворачивающим наизнанку её любопытную душу.

— А я и не знала, что ты колдун, мой хороший, — нейтрально, как ей казалось, сказала Элла для затравки. — А мне говорил, что не интересно тебе это занятие...

Иванов, крутивший в руках пачку сигарет и не решавшийся закурить в чужой машине, ответил, чуть усмехнувшись:

— Удивляешь. Я думал, ты мне сейчас мозг начнёшь выедать десертной ложечкой по поводу Ольги Матвеевны. Мол, так и так, подверг опасности и виноват кругом... Может, и скандал закатишь для самоуспокоения.

Ведьмочку непритворно передёрнуло. Она, нехорошо сощурившись, уже открыла было рот для гневной отповеди, но сдержалась — не произнесла ни звука. Замерла, думая о чём-то своём. Потом всё же закрыла рот. Потом снова открыла и стала делать глубокие, с задержкой, вдохи-выдохи.

Сергей не мешал, ждал, пока девушка успокоится. У него тоже имелась масса вопросов, однако прояснить этот скользкий момент он считал необходимым именно сейчас, до основного разговора, чтобы потом не пришлось всю дорогу уничижённо оправдываться в собственной недальновидности. А в том, что вопросы из раздела: «Да как ты мог?!» или «А о нас ты подумал?!», будут — он не сомневался. Потому как они вполне логичны и, нужно признать, небезосновательны. Потому и решил инспектор, что лучше сработать на упреждение, первому произнести неприятные слова и предложить разобраться. Так проще, вернее и спокойнее для психики.

Хитрость подействовала. Элла, отдышавшись, пару раз обожгла его взглядом, однако истерить не посмела, ограничившись лишь жёстким, негромким заявлением: