И пошёл я тогда в один домишко на отшибе. Дрянь, а не строеньице, даже по тем бедным временам. Не понравился он мне. Чем — по сию пору не знаю. Проверить решил.

Дойти не успел — из него нежить повалила. Да всякая! Злющая, голодная до человечины. Много её тогда круг войск крутилось, любит она смертушку... И что делать? Казачки сами в суевериях непроходимых пребывали, боязно им. Обозные — сплошь духовные лица, к мордобитию и прочим ратным премудростям непривычные. Оставался лишь я, грешник, да товарищ мой по службе...

Семь душ мы тогда не уберегли. Семь! — резко закончил боярин. — И всё как у вас: подозрения были, а уверенности не было. Мне Элла о твоих мыслишках поведать успела, пока ты в бессознательности валялся.

— Как она? — не сдержался Сергей.

— Нормально. Она меня и вызвала, пока вы тут с големом ратоборствовали. Позвонила. И тайность раскрыла. Так что, Иванов, цени бабу! О знакомстве со мной упоминать не любят! Боятся...

Инспектор промолчал. Похоже, Фрол Карпович пока не в курсе исповеди ведьмы и того, что ему известно немножко больше, чем думает шеф. Ну и хорошо.

Парень уже сообразил, что начальник сейчас своей, собственной Печатью приводит его в чувство, а если так долго держит служебную метку на голове, значит — досталось ему от Тоуча крепко, иначе бы уже вполне мог скакать молодой антилопой. Ладно, мелочи. Главное — живой...

— Бабка... нашлась? — чувствуя с каждой секундой всё большее облегчение и начиная замечать, что лежит прямо в грязи, задал ещё один вопрос Иванов.

Борода Карповича раздвинулась в улыбке.

— Да. Живая. Её твоя полюбовница сейчас к машине ведёт... Да лежи ты! — рыкнул он в ответ на инстинктивную попытку подчинённого повернуть голову в сторону дороги. — Налюбуешься ещё!

На душе у Серёги стало легче. Антон — под присмотром, с ним всё будет в порядке; бабулю нашли; Элла цела и под раздачу не попала; Тоуч — где ему и положено... А Салимова? С ней что? И какими сгустками он по голему лупил?

— Фрол Карпович, — не сдержавшись, решил прояснить для себя все непонятности инспектор. — Там ещё женщина была...

Боярин пожал плечами.

— Я не видел. Может, сбежала... может... не до неё сейчас. Потом разберёмся. Лежи, не мешай.

Но Иванов продолжал упорствовать в своей жажде знаний.

— Я хотел спросить...

— Вечером, — жёстко оборвал его шеф. Затем, ничего не объясняя, взял своими жёсткими пальцами лежащего за подбородок, бесцеремонно покрутил его голову вправо и влево. Удовлетворённо хмыкнув, объявил. — Будь на связи, — и растворился, словно его тут и не было.

«Вот зараза, — подумал Сергей, — на самом интересном месте» ... Но такие мысли роились в его голове не со зла, а от неудовлетворённого любопытства. Парень прекрасно понимал, что сейчас у начальника полно других забот, более важных, чем болтовня с говорливым подчинённым. Придётся ждать вечера...