— Ничего со мной не случится, я же чародейка!

— Лобасте это скажи, — отрезал витязь, и Белава показала ему язык. Нашелся тоже, понимаешь.

— Мы с Гурди в село не поедем, — сказал Гарко. — Внимания привлечем, а одного я малыша не оставлю.

— Получишь ты у меня, — обиделся гном. — Но ты прав, пузан, здесь подождем.

— Решено, — подвел итог Дарислав. — Едем я, Белава и Радмир. Катай, Гарко и Гурди будут ждать нас где-нибудь недалеко.

— Я тоже с вами хочу, — недовольно запыхтел Катай.

— Охолонись, — цыкнул на него отец, и парень состроил обиженную гримасу, но перечить не посмел.

Через полчаса показался тот самый поворот. За ним виднелась небольшая роща. Решено было в ней и оставить богатыря, гнома и молодого парня. Троица с радостью нырнула в тень, а чародейка со спутниками двинулись дальше. Первые крыши показались еще минут через двадцать. До путников донесся лай собак. Белава улыбнулась, она даже не подозревала, как успела соскучиться по этому звуку. Она прикрыла глаза, вспоминая, родные Кривцы. Дома она не была с того дня, как сбежала с собственной свадьбы, стыдно было в глаза глядеть родителям и сельчанам. Но Никодий несколько раз навещал дочь в Белом Граде. Не ругал, просто потрепал по плечу и вздохнул, приговаривая: «Это я виноват, баловства позволял много, вот ты и вышла такая». Ей тогда отчаянно захотелось, чтобы батюшка наорал на нее, может даже выпорол, что в жизни не делал, лишь бы не смотрел так печально. Но он обнял непутевую дочь, крепко прижал к себе, успокаивая готовую разрыдаться чародейку: «Не плачь, Белавка, будет у тебя еще все. Чародейский век долгий, поумнеешь. А пока забавляйся, дитятя моя неразумная. Мы с мамкой все одно тебя любим. И домой приезжай, младшие скучают сильно». Но она навестить родных так и не решилась, страшно. Отец младших сам привез по весне. И девушка с удивлением обнаружила, что Огневка уже совсем взрослая, да и Милован менялся на глазах, превращаясь в юношу.

— На меня мамка ругается, говорит, что я, как ты. Женихов, мол, отпугиваю, а я своего ждала, чтобы по сердцу, — поделилась Огнева.

— Дождалась? — с улыбкой спросила Белава.

— Ага, — радостно закивала ее сестра. — Братилом зовут, он из соседних Соснянок. На свадьбу-то приезжай.

Свадьба сестры должна быть уже вскоре, а она здесь. И тут всех подвела. Белава горестно вздохнула, и что ж такая уродилась?

— Что ты, голубушка? — спросил Радмир.

— Родню свою вспомнила и село, где родилась, — коротко пояснила девушка.

Они подъехали к околице, всматриваясь в сельскую улицу. Что-то было не так. Собаки надрывались, а людей не видать. Путники переглянулись, решая, что делать. И чем дольше наблюдали они, тем меньше хотелось въезжать в это село. Неожиданно раздался истошный женский крик, он-то и стал решающим. Первая сорвалась с места Белава, врываясь в село, за ней Радмир и последним, но не так быстро Дарислав. Он пристально оглядывался по сторонам. Из-за ближайшей избы настороженно выглядывал старик. Злыдни были здесь, никаких сомнений. Радмир должен уже был это понять, оставалось надеяться на чародейку. Дарислав повернул коня и поехал к старику.