Волны страха затопили сельскую улицу. Белава задыхалась от них, но только быстрей гнала свою лошадку. Радмир догнал ее и попыталась остановить.

— Там звери, голубушка, остановись, — говорил он.

— Ей страшно, — ответила Белава. — Я ее слышу.

Но лошадь все-таки остановила, кинув поводья витязю, и побежала на зов, слышный только ей. Вскоре послышался новый крик и причитания какой-то женщины. Чужой страх будил ярость, и Белава мотнула головой, отгоняя нарастающую злобу, не сейчас. Наконец, она остановилась перед последней избой, откуда теперь отчетливо слышался мужской смех и похабные шутки. Девушка обернулась, подняв руку.

— Не спеши, — сказала она Радмиру. — Я одна сначала.

— Нет, — он потянулся к мечу.

— Пожалуйста, — она с мольбой посмотрела на витязя. — Не заставляй тебя останавливать. Я понять хочу, что они такое. Обожди немного.

— Немного, — мрачно отозвался мужчина, соглашаясь с ней через силу. Она благодарно улыбнулась и шагнула к веселящимся воинам.

— Ой, и весело у вас, дядечки, — простодушно заулыбалась она.

Перед ней стояло девять мужиков в кафтанах черного цвета. Они обернулись на голос, оглядывая конопатую рыжую девку в мужском платье. Не повернулся лишь один, десятый. Что-то знакомое показалось в нем Белаве. Десятый сжимал в объятьях рыдающую девку. Недалеко от них ничком лежал мужик в просторной серой рубахе с окровавленной головой, над ним убивалась женщина. К стене жался пацаненок лет восьми, глядевший на происходящее большими испуганными глазенками. У чародейки сжалось сердце, когда она взглянула в эти глаза. Она вновь подавила волну ярости, сохраняя на лице все ту же простодушную улыбку. Девушка вгляделась в статную фигуру мужчины, державшего плачущую девицу.

— Ярополк? — выдохнула она, и мужчина обернулся.

Да, перед ней был Ярополк… почти. Та же статная фигура, то же красивое лицо, те же черные, как смоль волосы, только вот не был он похож на ее бывшего жениха. В темных глазах ее Ярополка душа светилась, черты лица хранили благородство, а у этого пустота вместо глаз. Точней, ощущение, что на тебя смотрит пустота. Если Белаве приходилось все время напоминать себе, что Радмир из этого мира и ее Радмир разные люди, то черноволосый мужчина, стоящий перед ней ничем не напоминал берестовского тысячника. Холодная пустота ощупала ее пристальным взглядом, и брови злыдня взметнулись.

— Кто ты, рыжая? Откуда меня знаешь?

— Тебя не знаю, — ответила она и оглянулась на остальных, обступивших ее.

Те же пустые глаза. Она поежилась, но тут же взяла себя в руки и сделала несколько шагов в сторону от них, стараясь всех видеть. Чародейка бросила пристальный взгляд на тело мужика. Живой, только без сознания. Еще несколько шагов, и она закрыла собой всхлипывающую девку.