Каменотес присмотрелся. Нет, почерк тот же… Совершенно тот же почерк. Значит, Друг просто торопился.

Хуманс еще раз перечитал записку. Значит, Речник хочет оказаться хитрее всех? Думает, что он, Каменотес, не догадался бы, где его искать? Конечно, догадался бы. А теперь, когда он точно знает, что готовит подлый тролль, можно накрыть его без всякого риска. Тем более что тот собирается всех своих сторонников собрать в одном месте, а сам будет в другом. Так зачем ему, Каменотесу, тупо бросать своих людей на убой? Он соберет их и захватит дворец! Охрана не помеха, там будет от силы несколько десятков человек. Захватить дворец, захватить Речника — отлично!

Каменотес уже даже не притворялся, что верил в то, что Речник сдастся. Сразу было понятно, что он будет сопротивляться, что придется его… Убить.

— Что думаешь? — Он толкнул записку Пивовару. Гном, несмотря на несерьезную внешность и забавный псевдоним, был умным и крови не боялся. В их паре, если быть честным, он был мозгом. Внутренне Каменотес признавал, что неспособен продумать, как будет выглядеть государство в результате его усилий. Зато он может заставить всех остальных построить то, что скажет. А вот Пивовар четко представляет, чего именно хочет добиться после всех казней.

— Что скажу… Не думаешь, что это ловушка?

— А в чем ловушка-то?

— Заманить нас всех во дворец.

— А потом?

— Расстрелять.

— Думаешь… Речник своих сторонников не станет куда-то там отводить, а соберет во дворце?

— Ага. Такая мысль тебе в голову не приходила?

Каменотес подумал немного:

— Нет. Не выйдет у него ничего. Нам достаточно проследить, сколько народа во дворце осталось. У меня среди служанок найдется парочка девушек, которые сообщат, прячется кто-то во дворце или нет.

— Дворец большой. Подвалы просторные. Провести туда потайными ходами…

— Ходы завалены.

— Ты записку вообще читал? Речник собирается один ход разобрать.

Каменотес заулыбался:

— Собирается. Да так уж получилось, что тех, кто будет ход разбирать, я подкупил. Не будет он разобран. Заодно и на другие ходы взглянут, не разбирались ли. В общем, провести тайно во дворец даже сотню — невозможно.

— А если мы увидим, что провели?

— Тогда просто поменяем план. Мы знаем, что Речник знает, что мы готовим. Но он-то не знает, что мы знаем, что он готовит.