Пивовар все равно сомневался:

— Не получится так, что несколько десятков с нами справятся?

— С тремя сотнями? Не смеши. Даже его девки-гвардейцы нам ничего не сделают.

— Я не об этом. — Пивовар посерьезнел. — Помнишь, слухи о том, что какой-то изобретатель предлагает Речнику сделать боевых големов? Что, если они уже сделаны и он натравит их на наших людей? А?

Тут уж задумался Каменотес:

— Големы? Пули остановят любого голема.

— Так же, как яггая? Что, если они сделаны пуленепробиваемыми, на манер яггая? Один яггай ничего не сделает. А десять? Да еще бронированных, да с мечами в обеих руках? Они просто порубят наших людей на куски.

Каменотес наклонился:

— Есть у меня один маг огня… Помнишь?

— Помню. — Пивовар выдохнул. — Но он же только три штуки сделал пока.

— Значит, три и возьмем. Хана этим големам.

«Отлично. — Товарищ Речник с удовольствием перечитал текст декрета, который будет зачитан завтра. — Посмотрим, что вы скажете на это, товарищи сеньоры…»

Он пару раз повторил про себя «товарищи сеньоры». Забавное словосочетание, точно отражающее действительность. С одной стороны, товарищи, старые боевые товарищи… С другой — враги, такие же, как дореволюционные сеньоры.

«Посмотрим, что вы сделаете…»

Тролль потер лысину. Интересно, что так потрясло яггая в устройстве, найденном на крыше? Речник его не видел, но по описанию товарища Кузнеца оно представляло собой нечто вроде посредника, передающего тот самый невидимый свет от подслушивающего к слушающему устройству. Вроде бы понятно, что там, где есть одно устройство из другого мира, там может оказаться и еще десяток. Почему Хыгра так поразило именно то, что на крыше? Уж не узнал ли он его? Не из его ли мира пришли люди Хозяина и сам Хозяин?

Это нужно обдумать…

Товарищ Речник неожиданно усмехнулся. Забавное название…

Поняв, что вытащить из яггая то, что того так удивило, не удастся, Речник поинтересовался, как в его мире решали проблему разногласий среди революционеров. Хыгр рассказал несколько случаев, как всегда маловразумительно, но в принципе понятно. Ничего нового в его мире не придумали, того, что не пришло бы в голову самому Речнику. Разве что вот это название…

Ночь Длинных Ножей.