— Так необыкновенный кот…

— Наверняка она и не знала, что необыкновенный!

На эту, щиплющую свой веер за птичьей клеткой, фрейлины не смотрели, но говорили достаточно громко, чтобы до нее доносилось каждое слово.

— Бален, пожалуйста, хоть намекни, что в этом коте такого? — снова пристала к ире шера Флатт.

Ответить Баль не успела. С лестницы, ведущей в кабинет Шуалейды, послышались шаги. Шера Ландеха в стратегически занятом углу облегченно вздохнула — не привыкла в своей глуши к придворным нравам, индюшка глупая. А лезет в королевы!

— Светлого утра, ваше высочество, — вместе со всеми поздоровалась Таис, приседая в реверансе и разглядывая Шуалейду.

Обычно бледные острые скулы колдуньи сегодня розовели, глаза светились азартом, а в едва намеченной улыбке читалась решимость. Наверняка она подслушивала и выжидала подходящий момент. Для чего момент? Таис была свято уверена, что для ответного удара. Сумрачная шера Суардис, Зуржья погибель — не из породы дрожащих индюшек, и зря ее высочество Ристана этого не понимает. Вот фрейлины самой Шуалейды — еще как понимают, поэтому и не приседают перед ставленницей Ристаны. Знают, что быть королевской невестой корове Ландеха недолго.

Кинув короткий взгляд на обиженную общим пренебрежением и насмешками дурочку, Таис даже ей посочувствовала. Слегка. Ну нельзя же быть такой клушей! И куда только сам граф Ландеха смотрел, воспитывая дочь! Сам-то интриган из интриганов, а вырастил такое вот недоразумение. Даже странно, что за короля он решил отдать младшую. Старшая, Нессия, куда больше подходит для этой роли. Она хоть и не слишком красива, но с мозгами и с характером…

И вообще жаль потерянной дружбы. Но своего Кая никаким подружкам Таис не отдаст. Никому не отдаст.

— Светлого, — ответила на приветствия Шуалейда, сойдя с последней ступеньки, и усмехнулась. — Сегодня чудная погода, не так ли?

Словно в ответ первый за сегодняшнее утро солнечный луч упал сквозь высокое юго-восточное окно прямо на клетку с птицами и несчастную Виолу Ландеха, высветив опущенные уголки пухлых губ и подозрительно блестящие карие глаза.

— Изумительно мокрая и мерзкая хмарь, — Бален усмехнулась в точности как принцесса. — Зато у вас платье под цвет погоды.

— Вашему высочеству так идет лавандовый, — с примирительной улыбкой вмешалась шера Флатт, а Таис сделала себе заметку: выяснить, что за черная крыса пробежала между Шуалейдой и ее верной ире.

— Ах, если бы у мадам Антуанетты было шесть рук, как у Мертвого бога! — вздохнула еще одна фрейлина. — Я бы тоже одевалась только у нее.