И дело вовсе не в том, что появились новые товары, которые надлежало выставить на полки, а частью укрыть в сундуках из каменного дуба.

Тенью скользила девушка, которую Шину привела в помощь.

Откуда она взялась?

Круглолицая.

Невысокая и плотненькая, неуловимо напоминающая саму Шину. Она и смотрела лишь на нее, пытаясь уловить каждое движение, как… на хозяйку?

…Араши перебирала железо.

Мацухито развешивала пучки трав… и именно из-за них, ароматных метелок, заботливо обернутых кусочками шелка, и случилась ссора.

— Не сюда, — Шину топнула ногой. — Не видишь, с них сыплется… на полки клади. А лучше вообще…

Мацухито застыла, прижимая к груди очередной сверток. Глаза ее привычно наполнились влагой, но как ни странно, слезы она сдержала и тихо ответила:

— Нет.

А Шину, не привыкшая, чтобы ей возражали, застыла.

— Травам… — Мацухито повернулась ко мне, — туда нельзя. Там сыро и темно. Силу утратят…

…а еще в глубине лавки вряд ли кто разглядит их.

— Мне тоже кажется, что на этих полках им будет неплохо, — Иоко во мне дрожала, предчувствуя ссору, а я пыталась переварить эту дрожь и убежденность, что надо подчиняться сильному.

Шину, в отличие от нас, лавку держала.

…и не удержала.

…откуда появились эти маленькие глиняные горшочки с плотно пригнанными крышками? Они выстроились на двух полках, плотненько так, прижимаясь друг к другу темными боками. От горшочков исходил едва уловимый аромат масел.

…и магии.

Я взяла в руки один. Чистый. И следующий. А магией все равно тянет. Шину дернулась было, но… заставила себя улыбнуться.

Что-то происходит. У меня под самым носом происходит, а что — я не понимаю…