– Торн сказал мне: «Я никогда ничего не забываю». И раз уж мы об этом заговорили, о своем обещании я не забыла. Я должна дать имя моей крестнице.

Диспетчер дал третий и последний свисток. Офелии пора было подниматься в дирижабль. Не обращая внимания на все более нетерпеливые покашливания Докладчицы и на мать, зовущую ее с трапа, она склонилась над детской коляской. У ребенка была такая же белая кожа, как у Фарука.

И Офелия мысленно дала своей крестнице обещание. Она найдет Торна. Даже если для этого придется бросить вызов Настоятельницам, Богу или неведомому разрушителю мира, ее ничто не оста-

новит.

– Я нарекаю тебя Викторией.

Обрывки воспоминаний: постскриптум

Обрывки воспоминаний:

постскриптум

Теперь я вспомнил: Бог был за это наказан. В тот день я понял, что Он не всемогущ. С тех пор я Его больше никогда не видел.

«Обуздывай свою силу». Теперь Торн понимает, что они значат, эти последние слова, произнесенные Богом перед тем, как исчезнуть из его жизни. Обуздывай свою силу. Утри слезы. Бог управляет миром, но допускает промахи.

В головоломке Торна теперь не хватает лишь одного кусочка, а без него невозможно постичь всю правду. Почему Фарук убедил себя, что Бог был наказан? И если он не ошибся, это влечет за собой следующий вопрос, бесконечно более важный:

Наказан кем?

Вместо послесловия

Вместо послесловия

Дорогие читатели, я писала эту историю, вкладывая в нее все, что чувствовала: волнение, сомнение, возбуждение, растерянность, эйфорию… Для вашего удобства предлагаю держать эту книгу в перчатках для чтения. Если же вы почувствуете, что меры предосторожности не помогают (книга покалывает пальцы, страницы переворачиваются слишком быстро и пр.), приглашаю вас посетить мой сайт