— Так… А что от меня требуется? — озадаченно спросил Меньшиков.

— Я хочу сегодня перекинуть несколько человек для охраны в Плесы, — пояснила Тамара. — Но там, кажется, земли Шаховских?

— Да как бы не совсем их, — помолчав, ответил Великий князь. — Лет пятьдесят назад у Шаховских была большая тяжба с Шереметевыми. Грызлись, аки псы голодные за кость. Самое интересное, что никто не смог доказать, что земли издревле принадлежат одной из семей. Грамоты потеряны, а восстановить картину не представляется возможным. В общем, пока Шаховские считают охтинские земли своими.

— Для этого потребуется императорское решение, — вздохнул Константин Михайлович. — Но твой дядя не хочет встревать в склоку.

— Могут ли привлечь Аню за порчу имущества?

— Свидетели были?

— Скорее — участники. Вся свита Старшинова. Они обязательно будут свидетельствовать против девушки. Я боюсь, что Аню могут самым банальным образом выкрасть. Ты представляешь реакцию Никиты и бухарских союзников?

— Нахала можно наказать, но, если он дурак и не поймет намеков — вашей Ане придется жить с оглядкой. Юрку Старшинова я знаю. Наглый, самоуверенный боярич. Причем, его наглость базируется на каком-то невероятном постулате о неприкасаемости. Жил бы он в столице — ему бы живо ноги выдернули свои же.

— Папа, речь идет о возможном конфликте, — напомнила Тамара. — В который могут вовлечь нашу семью. Я не боюсь, не такое видали. Но ведь Никита с Каримовыми устроят огненный джихад этим Шаховским. Как думаешь, аристократическое общество переживет исчезновение еще одного рода Рюриковичей?

Меньшиков словно поперхнулся и некоторое время прочищал горло кашлем, отодвинув телефон в сторону. Тамара подмигнула Даше, с интересом прислушивающейся к разговору, и улыбнулась. Раззадорила она отца, сейчас орать начнет.

— Вы там без своего мужика совсем распоясались! — ожидаемо повысил голос Великий князь. — Чего удумали, а?

— Сам послал его к черту на кулички! — дерзко ответила Тамара. — Если и сейчас ему титульное звание не дадите — больше Никиту не получите!

— Ты меня шантажируешь и вымогательством занимаешься! — возмутился Меньшиков. — С дядей Сашей своим разговаривай, если так! Он в тебе души не чает, может, и согласится! Ладно, заговорились… Завтра с утра я прижму князя и намекну, чтобы племянника своего осадил. Никаких междоусобных войн, дочь! Охране дай наказ, чтобы на провокации не отвечали.

— Спасибо, папа! — снова улыбнулась Тамара.

— Вы когда в гости приедете? — завел старую песню Константин Михайлович. — В конце концов дождетесь, что император своим повелением заставит вашу строптивую семейку в Петербург перебраться. Найдет Никите такую должность при дворце, что не посмеет отказаться. Будете в Вологду на летний отдых ездить, так уж и быть.