Фрей замешкался и поскользнулся на пропитанной кровью грязи. Покачнувшись, он на всем ходу врезался в штабель клеток с кроликами. Они посыпались на него, больно врезаясь в спину, некоторые из них открылись, и зверьки выскочили на волю.

Даккадийцы гневно заорали. Фрей, которого подгонял страх перед демоном, поспешно поднимался на ноги. Из загона выскочил разъяренный мясник, державший в одной руке кроличьи шкурки, а в другой – окровавленный нож. Но капитан догадался, что окружающих взбудоражило не только происшествие, виной которого он оказался. Животные словно взбесились. Птицы кидались на прутья заграждений, коровы с налитыми кровью глазами принялись лягаться и бодаться, гуси громко гоготали и хлопали крыльями. Покупатели впали в панику, а мясники начали успокаивать скотину. Несколько свиней, громко визжа и пытаясь вскарабкаться друг на дружку, дружным напором проломили ограду и выбежали из загона. На бойне воцарился хаос.

«Я не спятил! – сказал себе Фрей. – Животные тоже чувствуют его!»

Он протискивался среди людей, старавшихся выбраться из кутерьмы. Кролики носились зигзагами, ускользая от людей. Толкаясь в толпе, Фрей потерял из виду своего преследователя. Он высмотрел в конце ряда загонов дверцу, ведущую в один из возвышавшихся над бойней домов, и поспешил туда. Достигнув цели, он обернулся.

Шакал стоял среди перевернутых клеток на задних ногах и не шевелился. Даки и животные метались вокруг него, но никто не задевал невидимого демона. Он возвышался над всей суматохой. Воплощенный ужас с горбатой спиной, по хребту которой тянулся ряд шипов. Вытянутая морда, половину отлитая из черного металла, злобно скалилась.

Монстр смотрел на свою жертву. И не торопился. Как будто в его распоряжении было все время мира. Шакал знал, что Фрей никуда не денется.

«Оно играет со мной, – подумал капитан. – ???????????!Как пить дать!»

Внезапно демон прыжками двинулся к Дариану.

Сразу за дверью находилось просторное помещение с пустыми стеллажами и грубо сколоченными окровавленными столами, придвинутыми к стенам. Фрей заметил два выхода – невысокую лесенку и здоровенную металлическую дверь. Подниматься по ступеням ему не захотелось, и он направился к двери. Ручка оказалась тяжелой и холодной на ощупь. Когда он нажал на нее и открыл, то сразу понял почему.

Перед ним тянулись длинные ряды мясных туш, подвешенных на огромных крюках. Вверх поднялось облачко тумана, в который превратился проникший снаружи теплый воздух.