Матильда подсказала Малене, что именно надо заказать у кузнеца, а герцогесса расстаралась. Потом вместе обшили лентой, декорировали жемчугом, и получилось просто великолепно. Мария-Элена потренировалась, и волосы укладывались в красивую прическу почти мгновенно.

Теперь челка, подстриженная по настоянию Матильды, провести по ней щеткой из кабаньей щетины (раритет, но ведь волосы-то слушаются!) и улыбнуться своему отражению в зеркале. Простая полированная металлическая пластина, Малена там видна очень условно, но все равно – зрелище приятное.

– Шаль накидываем?

Матильда подумала.

– Наверное, да. И утро – прохладно. И напомнить всем о трауре надо… Давай вон ту, серо-белую…

Выбранная шаль больше всего напоминала шарф, но тут главное обозначить статус. Облако кружева окутало плечи, и Малена вышла из комнаты.

Чтобы тут же наткнуться на дядюшку.

* * *

Лоран Рисойский стоял прямо напротив двери и разглядывал Малену таким взглядом, что благовоспитанная девушка должна была покраснеть, смутиться и, пискнув, нырнуть за дверь.

Девушка, воспитанная пожилой коммунисткой, была не в курсе, что она обязана так поступить.

Матильде повезло, что Мария-Элена на миг замерла, как кролик, девушка отодвинула подругу и пошла прямо на Лорана. Да так решительно, что мужчина сам смутился на секунду. Дрогнул, метнулся взглядом по сторонам.

– Ага! Дядюшка! Доброе утро, любезнейший Рисойский, вас-то мне и надо. – Матильда смотрела и улыбалась так, что доктор Лектер не побрезговал бы пожать девушке руку. Ясно же – тоже людоедка.

Выучка бывалого ловеласа взяла вверх. Лоран таки собрался и заулыбался еще соблазнительнее.

– И чем же я могу услужить столь очаровательной девушке?

– Можете. – Матильда улыбнулась еще нежнее. – Но дайте сначала слово, что выполните мою маленькую просьбу…

– Для вас – любой каприз!

Ох, зря Лоран это сказал. Матильда засияла еще ярче.

– Отлично. Значит, завтра вы уезжаете.

– Что?!

Лоран такого не ожидал. Вообще…