– Ваше сиятельство…

И склонилась, как младшая по возрасту перед старшей, сделав легкую уступку.

Именно Мария-Элена, Матильда, хоть и осознавала все эти правила, но не смогла бы подобрать нужный поклон или жест…

– Мария-Элена, я думаю, вы сможете называть друг друга просто? К примеру, тетя Нелли? – предложил Астон.

Герцогесса посмотрела на графиню.

Та, не будь дурой, – да и приехавший вперед Динон, надо полагать, просветил мать, – подхватила девушку под руку и повела в дом.

– Бедное дитя… Ты позволишь, Мария-Элена?

– Разумеется, тетя Элинор, – аккуратно поставила границы герцогесса.

Да, близость допустима. Но пока – в определенных границах. Потом – посмотрим.

Графиня намек поняла и кивнула.

– Ах, если бы Анна могла знать… Динон рассказал мне про тот ужас! Как ты только выдержала.

Мария-Элена не стала говорить, что она же тот ужас и спровоцировала. Вместо этого девушка горько вздохнула.

– Ох, тетя Элинор… это очень тяжело. Ты уезжаешь из родного дома на десять лет, потом приезжаешь, а дома-то и нет. Остались стены, но нет тех, кто оживлял их…

Что может быть лучше, чем подобная высокопарно-философская беседа под хороший обед?

После обеда Марии-Элене отвели гостевые покои, и девушка наконец смогла улечься. Ровена устроилась на диване.

– Ваша светлость, вы доверяете Ардонским?

– Нет.

– Но тогда…

– Завтра мы выезжаем. Надеюсь, до завтра ничего непредвиденного не случится.

– Я тоже надеюсь… по краю прошли, ваша светлость.