– Ро, я правильно понимаю, что родители Бернарда – из Аллодии? – уточнила Малена.

– Да.

– Они приняты при дворе?

– Да.

– И что ты хочешь от меня?

Ровена вздохнула. Глубоко, тоскливо…

– Я была женой Бернарда. Сейчас я в воле его родителей, как его вдова, понимаете?

Сложно было не понять. Действительно, вдову могли запереть в доме родителей мужа, могли вернуть ее родителям, выгнать на дорогу, отнять сына… да много чего могли сделать. И ведь все по закону! Все исключительно по закону!

– Что могу сделать я?

– Если вас признают наследницей рода, Домбрийской и прочая, вы можете принять опеку надо мной. Так делается, я знаю…

– М-да… дай мне пару минут на обдумывание, – Малена аж растерялась от такого заявления. Присела на кровать и сделала вид, что размышляет.

А на самом деле отвечала Матильде..

– Что значит – принять опеку?

– В вашем мире есть эмансипация. В нашем такого нет, но если бы ты жила в нашем мире, ты могла бы попросить достойного человека взять над тобой опеку.

– Это в каком случае? Давай, вспоминай все, что можешь, от ответственности освобождает только знание закона.

Малена была полностью согласна.

– Так делают, если кровная родня не справляется со своими обязанностями, вот как у Ровены. У нее близких вообще нет, кроме матери, а родители Бернарда ее не видели несколько лет, доказать это, видимо, несложно. Если я принимаю опеку над ней, я полностью отвечаю за нее и ее будущего ребенка. Даю кров, пищу, одежды, работу, выдаю замуж или женю… и с меня можно спросить за неисполнение обязанностей. Это договор, в котором все прописывается очень четко.