– Ты делала это неосознанно, сама толком не понимала что и как.

У меня вырвался горький смешок.

– Ошибаешься. Про «как» согласна, но я всегда сознавала «что». Что вызывает головную боль и кровотечение? Стоило кому-нибудь покоситься на меня или обмолвиться про Мэллоуновские восстания – и вот вам, пожалуйста, кровь из носа. Хватало мысленного толчка. И знаешь, мне даже нравилось наказывать таких людей. Когда я была совсем ребенком, радовалась, что у меня в запасе столь мощное оружие.

Страж слушал не перебивая.

– В отличие от медиумов и сенсоров, мне нет нужды вызывать духов для защиты и прочего. Я сама дух. Ясно тебе? Могу умереть, когда пожелаю, стать фантомом в любой момент. Поэтому люди боятся меня, а я – их.

– Ты не похожа на них, но это не повод бояться.

– Поверь, еще какой повод. Мой фантом очень опасен.

– Опасность тебя не страшит, Пейдж. Напротив, ты питаешься ею. Поэтому и согласилась работать на Джексона Холла – ради адреналина, чтобы постоянно чувствовать угрозу разоблачения.

– Мне нужны были деньги, – пролепетала я.

– Неправда. Твой отец хорошо получает в Сайене. Дело не в деньгах, Пейдж. Сомневаюсь, чтобы ты хоть раз к ним притронулась. Опасность подстегивает тебя, приближает к эфиру, – медленно проговорил страж. – И Джексон дал тебе уйму острых ощущений.

Меня охватил гнев.

– Не надо пудрить мне мозги, как школьнице. Я хотела почувствовать себя нужной, значимой. Неужели не понимаешь?

– Это косвенные причины. По-настоящему в Синдикате тебя привлекал вполне конкретный человек.

У меня задрожали губы.

– Не смей.

– Тебя привлекал Ник, – безжалостно закончил страж. – Ты любила его. Ради него готова была пойти хоть на край света.

– Давай закроем тему, – взмолилась я.

– Почему?

– Это мое личное пространство. Или онейромантам такое понятие незнакомо?

– Ты слишком долго хранила свою тайну. – Рефаит не дотрагивался до меня, но его взгляд обволакивал, рождая ощущение физического контакта. – Мне не под силу заглянуть в твои воспоминания, пока ты бодрствуешь. Но как только уснешь, я смогу прочесть их и воплотить в грезы. В этом заключается дар онейроманта – создавать обоюдный сон.