– Народу это не надо, – пожал плечами самодержец Ягонов, – а я и так знаю. Дин, а мы подсматривать будем?

Торговец недоверчиво глянул в густые сумерки между деревьями:

– Ни в коем случае! Мало ли кто оттуда сейчас выползет. А приличную пещеру искать долго. Как мне кажется, люди здесь ничем от нас не отличаются, значит, осталось разобраться только с досмотром на воротах. А там, глядишь, и сами в город пройдем.

Друзья достали висящие у них под сюртуками на груди бинокли и принялись тщательно осматривать и проходящий у подножия возвышенности тракт, и сами ворота, в которые этот тракт упирался. При этом они по очереди оглядывались на лес и делились вслух своими наблюдениями.

– Ты только глянь, какие тут пестрые одеяния носят.

– Но и в плащах людишек полно, а таких тусклых и непритязательных – чуть ли не треть.

– Значит, местными бродягами легко можем притвориться. Теперь, что там у нас на воротах? Жалко, не знаем, берут ли тут мзду на входе.

– Берут… точно берут! Вон, ездовой стражнику что-то дал…

– Ага, и тот на свет рассматривает. Теперь точно: с каждой подводы налог берут.

– Нет, вон пустые так проехали…

– О! Внутри вижу еще троих стражников с алебардами. Страхуют своего командира?

– Похоже… Смотри, всадника остановили: на крупе лошади явно товар везет или продукты. Требуют плату?

– Нет… Кажется, отпустили, после короткого объяснения.

– Как бы то ни было, с пеших вообще ничего не требуют! Так проходят…

– Да нет, некоторые здороваются и переговариваются со стражниками.

– Поди, по сто раз на день в обе стороны мотаются… Ладно, – подвел итог шафик, – идем вниз вот по этому карнизу и постараемся на тракте хоть с кем-то разговориться. Только никаких прямых вопросов не задавай, не то сразу поймут, что ты чужак. Мы ведь даже названия этого города не знаем.

– А что они нам сделают? – легкомысленно отмахнулся король Ягонов, на что его друг отреагировал довольно строго:

– Ты эти шалости забудь! И если вдруг я скомандую «поехали!», из любой позиции и с любой стороны прыгай мне на плечи и поджимай ноги. И никакой самодеятельности со своим кинжалом или с пистолетом. Усвоил?

– Ох, ты какой примерный стал! – не оборачиваясь, укорил Бонзай. – А сам по пьяной лавочке такое вытворяешь, что… Что приятно вспомнить!

– Так то по пьяни и в полностью безопасных мирах, – нравоучительно наставлял шафик своего венценосного товарища.