– Постой, – попросил Колобок, когда чуть успокоился и вновь восстановил дыхание. – Честное слово, давно так не смеялся, поэтому не калечь их: будут лучше работать на благо империи. Редкие фантазеры, очень редкие…

– Но почему вы нам не верите? – стал сердиться Дин, хотя внутренне очень обрадовался словам о каких-то работах. Следовательно, убивать их не станут. – На севере тоже ничего не знают о том, что творится на юге, потому что пятьсот лет ни один корабль не может пересечь Безбрежный океан, а в последнее время никто уже и не пытается. Причина одна: в середине безбрежного морского пространства живут страшные монстры, которые топят даже самые тяжелые многопалубные фрегаты.

– Ха! Вот тут вы и попались! – злорадно затрясся Колобок Клари. – Потому что только шпионы с островов рассказывают подобные байки! Все подданные нашего императора уверены только в одном: наши корабли блокируют пиратские шхуны островитян. Так что ваша миссия, господа островитяне, провалилась! Но! Это совершенно не важно! И знаете почему?

– Потому что все это веселый розыгрыш и нас снимают скрытой камерой?! – с издевательской наивностью обрадовался Торговец, ерзая от неудобства в путах и пытаясь высвободить хоть мизинец.

– Опять шутишь? – удивился маленький монах. – И как это можно кого-то откуда-то снять пыточной тюремной камерой? Идиоты!

– Клари, – осторожно отозвался великан, – а может, они просто сумасшедшие?

– Ой! Да это и так ясно! Но мне плевать на это. Потому что вы, – Колобок своим посохом чуть не выбил пленникам глаза, – именно то, что нам нужно! Вы – шафики!

Друзья с полным непониманием переглянулись, и Бонзай возразил:

– Во-первых: шафик среди нас – только он, а я простой король. А во-вторых, как мы поняли, у вас тут шафики у власти. Мы ведь слышали, как народ переговаривался. Да и возница их обвинял в увеличении цен на акстрыг.

– Да вы никак хотите увидеть шафиков? – чуть ли не с сюсюканьем спросил Клари. На что Дин ответил с завидным высокомерием:

– Если мы не можем встретиться с самим императором, то тогда встретимся с шафиками. И организуйте нашу встречу как можно быстрее.

– О! Вы даже не представляете, как скоро ваше желание свершится.

– Может, вы нас прежде развяжете? – От сжавших полосок материи Бонзай чувствовал свое тело лишь частично. – Мы все-таки к вам с миром пришли.

– Да я и не спорю, уважаемые, – притворно залебезил лысый монах. – Мир в трактирах, труд на благо империи, дружба между женщинами, все это мы уже проходили. А вот именно шафики вас и развяжут, обнимут и станут крепко с вами дружить. Вы даже себе не представляете – насколько крепко! – Он постепенно входил в ажиотаж, словно выступал перед огромной толпой: – Можно сказать: дружба – до самого конца! А все почему? Да только благодаря великолепным законам, которые правят нашей великой империей! Славься, славься, наш великий, вечно живущий император Илларион Третий! Ура-а-а-а!!!