— М-да! — только и осталось ректору, как повторно развести руками. — Виноват, задумался. Можете меня…

Он хотел сказать «пинать ногами», но вовремя одумался. Но зато ехидно усмехнулся здоровенный баюнг:

— Может, дядю ректора поставить в угол? — И тут же сам рассмеялся. — Да ладно, не надо на меня так грозно смотреть, я ведь добрый по натуре и Динозавру жаловаться не стану, когда он возвратится. Может быть. Но вернемся к остальным вопросам, в том числе и поднятым Хотрисом. Насколько я помню, такие проблемы со здоровьем у юных — особо повторяю! — юных Торговцев случались. В таком случае им рекомендовалось месяц-два вообще не коситься даже на створы и полностью игнорировать их рассматривание даже с близкого расстояния.

— Но у меня глаза сами к ним прикипают! — возмутился стажер из мира Кабаний.

— Все равно выход есть: темные накладки многослойной материи на глаза, — пригрозил гигантским указательным пальцем баюнг своему товарищу. — А если стажеры оказывали непослушание, их на три недели запирали в темное помещение. Хочешь этого?

— А силенок хватит меня запереть? — с наглецой отвечал юный коллега. У него отношение к гиганту такое и осталось, как при первом знакомстве: сверстник, только очень большого размера. И неважно, что за пару недель Шу’эс Лав вспомнил более двадцати лет своей взрослой жизни, превращаясь тем самым в солидного, умудренного опытом мужчину. Все равно какие-то детские комплексы возвращения в этот мир и определенной тогдашней растерянности в нем остались. А преодолевать эти комплексы в свое время помогал как раз Хотрис. Вот и складывалась парадоксальная ситуация, когда сопляк и вдвое меньший ростом мог ляпнуть: «А в нос хочешь?!» — и гигант, могущий растоптать товарища как таракана, просто растерянно и добродушно улыбался в ответ.

Так и сейчас примерно получилось.

Хорошо, что рядом находились иные люди и магическая сущность, которые не позволили отойти от основной темы разговора.

— Ловить никого не надо. — Теперь могучий и глубокий голос Эрлионы слышали все. — Каждый сам выполнит возложенные на него предписания и озвученные рекомендации. А я прослежу за итогами, чтобы потом меня папа Дима не ругал почем зря.

Хотрис и тут скривился, фыркнул, хотя и высказывался скорее из ревности:

— Можно подумать, что папа Дима поставит непослушную, страшно о себе возомнившую и вредную девочку в угол.

Магическая сущность не обиделась, только пригрозила:

— Ничего! Когда-нибудь и ты станешь искать пятый угол в квадратной комнате! — И тут же сменила тон: — А сейчас давайте решать, что будем делать с Еленой. После сотрясения мира она с каждым днем все лучше и лучше видит все створы между мирами. Но самое удивительное, она видит дуги створов с цветовыми оттенками. О таком ни граф Дин не рассказывал, ни Шу’эс Лав не припомнит.