Лайм пожала плечами.

– А есть смысл рисковать? Да и с оборудованием быстрее их найдем, нашему-то капут.

– Тоже верно, – не стал спорить Рен. – Я уже связался с Центром, чтобы покопались в архивах, что тут поблизости есть интересного, да и со спутников глянут, а то в этих зарослях можно вечность искать.

– И что сказали?

– Действовать по обстановке, группа прибудет в течение дня.

– Весело.

– И не говори. – Айко кивнул головой в сторону чадящего сейпера. – Судя по всему, ребята дорвались до чего-то жирного, вон как борт разворотило. Как думаешь, из чего жахнули?

– Сорок седьмой с ракетной подвеской, модель ЛР. Подобные дроны состояли на вооружении военно-морских сил ОША, после распада альянса были переданы вооруженным силам Земной Федерации. Официально последний дрон подобной модели был снят с вооружения и утилизирован около ста лет назад.

Рен покосился на Лаймалин и, хмыкнув, мотнул головой.

– Ну ты прям ходячая энциклопедия. А насчет «снят и утилизирован»… Сама же знаешь, какие порой железяки находим, описание некоторых даже в архивах не сохранилось. За годы своего существования человечество столько всяких игрушек понаделало, что мы еще долго будем все тут разгребать. Удивляет другое. Эти «туристы» как-то смогли его активировать, а ведь это не так просто, там ведь защита, нужно знать код, а порой нужен электронный ключ, да и… в общем, странно.

Он прищурил глаза и с задумчивым видом почесал кончик носа.

– А ваш случай, ну когда вы с Киром, там где Гера…

Лаймалин замялась. История с базой была практически запретной темой среди друзей Кирилла. Гибель Геры тенью легла на их прошлое. Все старались как можно реже вспоминать об этом случае, вычеркнуть его из памяти. Вот и сейчас левая щека Айко нервно дернулась, он на миг нахмурился, затем покачал головой:

– Нет, там другое. Тогда активировалась защитная система базы, и компьютер просто выполнял заложенный в него протокол, считая врагами всех, кто вторгся в его зону ответственности и не передал специальный код. Здесь же дрон действовал именно совместно с человеком. Я ведь прав?

Лайм молча кивнула и, снова поправив сползший ремень импульсника, спросила:

– Интересно, зачем он стрелял по девушке?

Рен пару минут молчал, затем отошел в сторону и, выковырнув из песка плоский камень, запустил его по поверхности воды, затем вновь повернулся к девушке.

– Не знаю, возможно, хотел пугануть, но промахнулся. «Оружейники» никогда не поворачивают оружие против человека – это их неписаный закон.

– А зачем их вообще на Землю пустили?

– Так не было причин отказывать, – ответил Айко, рассеянно оглядываясь. – Ребята уже пару раз у нас бывали и до этого момента ничего подобного не делали, вели себя вполне цивилизованно. К тому же они друзья дочери одной высокопоставленной дипломатической шишки. Так что, – он развел руками, – сама понимаешь, причин для отказа не было.