– Хотел бы…

– Тогда камни можете принести потом, когда обустроитесь и войдете в курс хозяйства. Заодно тогда и оговорите свои пожелания по поводу хранения и передачи другим лицам.

– И все равно я оставлю у вас вот эти десять камней.

– Как пожелаете.

Когда на стол было выложено содержимое внушительного кошелька, Брюнт осмотрел камни и сдержанно произнес:

– Впечатляет. Очень впечатляет. Сейчас мой человек проводит вас к весьма ухоженному и отменно сохранившемуся жилищу, которое давно по закладной принадлежит банку. По словам майора Торрекса, вы именно о таком и мечтали. А затем вам вручат бумаги, оформленные на имя…

Семен понял, что от него ждут его официального титула и имени, под которым он намерен проживать в Граале, и назвался так, как они уже давно оговорили с Нимим. Это был ее подарок на предстоящую свадьбу – весьма звучный и древний родовой титул.

– Граф Семен Ривьери, – сказал он.

– Отлично! – На неизвестно откуда взявшемся листке бумаги Брюнт вывел три слова изящным почерком. – Вашу дочь вписывать как прямую наследницу?

– Вы и о Виктории знаете? Да, как прямую наследницу.

– Пишем: Виктория. Под вашим же титулом?

– Нет. Да и вообще пока не знаю, как лучше…

– Почему?

Чуть помедлив и грустно вздохнув, Семен потупился, словно недавние воспоминания придавили его, и обрисовал ситуацию:

– Дело в том, что по пути сюда моя дочь вышла замуж и сейчас даже толком еще не знает своего…

От такого известия директор банка привстал в кресле и совершенно нетактично перебил уникального клиента:

– Как «вышла замуж»?! За кого?!

Весь его вид выражал такое несчастье и горечь, а на лице читалась такая буря эмоций, что Загребной ответил, не задумываясь:

– За одного из наемников, который сопровождал наш отряд.

Брюнт хлопнулся обратно в кресло и трагически прошептал: