Виктория стояла, глядя вслед своему юному мужу. Заниматься хозяйственными делами она отказалась наотрез. Похоже, что ранним утром в молодой семье произошла первая размолвка. Как ни повышала Виктория голос на своего еле ходящего мужа, он так и не сказал, куда и по каким делам отправляется. Только пообещал вернуться с очень хорошими известиями.

Загребной заставил дочь вооружиться, сесть на коня и наблюдать за окрестностями, а сам пошел в свою каюту за вещами. Сделал одну ходку к карете, вторую и уже вновь возвращался на борт, когда Виктория громко обратилась к нему на русском языке:

– Слушай, тут мало того что за нами демон вон из-за того кнехта большого уже давно подсматривает, так еще и Гнатан возвращается. Причем так быстро, словно убегает от кого-то.

– Добро! Ты посматривай за бичами и демоном, а я пока нашего разведчика порасспрошу.

Командир вновь сошел на пирс и встал с другой стороны кареты, где уже с тревожными лицами выстроились обе демонессы. При этом он дал понятный сигнал Гнатану, что их могут услышать посторонние уши. Именно поэтому тот начал доклад лишь после того, как спешился и приблизился вплотную:

– Теодоро и Савазин уже были в пределах моей видимости, когда путь мне преградили два вооруженных воина на больевах. Командовал ими третий, который чуть позже нагло так похвастался, что он барон. А вначале они очень требовательно стали интересоваться, кто я такой, откуда взялся и что тут делаю. Само собой, я возмутился и сказал, что каждый воин находится там, где ему прикажет командование. А барончик заявил, что командование здесь принадлежит ему и каждый демон должен отчитываться перед ним. И потребовал сдать оружие.

В разговор встряла Люссия:

– Однако ну здесь и нравы!

– Вот и я так подумал, но в драку ввязываться не стал. Тем более что барон потребовал от находящихся в окрестностях демонов помочь в задержании подозреваемого, то бишь меня. Народ не очень спешил на этот зов, вернее, вообще начал расходиться, но я не стал накалять обстановку и ретировался сюда. Правда, проследить за людьми мне не удалось…

– Ничего, не страшно, главное, что сам вернулся, – одобрил его действия Семен. – Зато теперь мы приготовимся и сразу покажем, кто здесь хозяин. Кстати, Люссия, а как вели себя твои поработители при встрече с другими воинами?

– Считается верхом неприличия заговорить с себе подобным, – начала рассказывать недавняя рабыня. – Те, кто имеет лайкриловое оружие, имеют право лишь кивнуть друг другу, проезжая встречными курсами. Мало того: попытка узнать имя считается вызовом на дуэль. Которая, как правило, происходит там же. А уж их командиры, Шабены, которых вы убили, всегда вели себя в присутствии таких же, как они, словно тех не существует в природе. Там у них вообще целый кодекс ритуалов и подготовительных мероприятий на несколько часов, пока одна из сторон сумеет показать другой, что ей просто очень что-то надо. Например, передать какое-то послание. Иначе адресату плевать на послание, вначале он должен уничтожить врага.