Из другой половины дома в это время неслись шумы обычного для таких оргий веселья. Так сказать, первая стадия: подъем праздничного духа алкоголем и насыщение министерских желудков. Семену очень хотелось подслушать разговоры «пальчиков», но осторожность все-таки победила. Гораздо важнее было не оставить ни единого следа при так называемом побеге рабынь.

И вскоре процессия удачливых воинов с тяжелыми ношами на спинах растворилась в ночи. А на столике возле убитого Шабена сиротливо белела короткая записка:

«Ты жалкий жлоб! И я забираю себе то, что ты мне недоплатил!

Твой бывший управляющий».

Управляющего заставили написать чуть ли не десять таких записок, и командир выбрал из них самую подходящую: и буквы выписаны без дрожи, и подпись залихватская.

Отдаться воле чувств

Отдаться воле чувств

Старший сын Семена тоже отнесся к своему заданию более чем ответственно и практически все послеобеденное время не отходил от молодой княжны ни на шаг. При этом совершенно не осознавая того факта, что девушка делает то же самое. Любой мог заметить, что пару словно магнитом притягивает друг к другу.

Хотя в первые часы наедине им остаться не удалось. Причиной тому были хозяйственные заботы и пристальное внимание двойняшек. Чем бы ни занимался Алексей, возле него всегда была Галисия, но где-то неподалеку обязательно маячили два очаровательных создания. Часто девочки подходили к ним с разными пустяковыми вопросами, и было ясно, что Лея и Лана просто очень хотят лишний раз полюбоваться вблизи на сильного и красивого мужчину и послушать его голос. Конечно, такой постоянный «присмотр» немного досаждал молодым людям, но отогнать от себя милых двойняшек у них язык не поворачивался.

Пребывая в доме княгинь, Алексей не чурался никакой работы, потому что слуг в доме до сих пор не было. Он снял старую и проржавевшую кухонную мойку и поставил новую, заменил ветхие перила лестницы с балясинами. Потому как на прежние не то что опираться, рукой до них дотронуться не решались. А еще он заменил с десяток ступеней на лестнице и несколько досок пола на верхнем этаже.

Молодая княжна ходила за ним, как привязанная, смеялась от любых его рассказов и с готовностью подавала то гвоздь, то молоток. А Лея с Ланой носились порой вокруг них как угорелые. И только мать семейства возилась на кухне у плиты, готовя большой, можно сказать, праздничный ужин. Иногда она замирала и недоверчиво осматривала изобилие продуктов, которые теперь заполняли кухню. Сегодня их защитник и покровитель принес столько всего, что полок не хватало. Научившаяся в последние годы прекрасно готовить пожилая княгиня просто терялась от такого разнообразия. Хотелось дать попробовать дочкам и гостю все и сразу.