После этой фразы Семен сразу сообразил, что его предшественник наверняка использовал то самое копье «Убийца богов», которое впоследствии могло затеряться в военной неразберихе и бессмысленно провисеть на стене одного из замков среди подобного оружия. Последующие фразы Сагицу Харицзьял подтвердили его предположения:

– Но после подлого убийства духи отомстили за своего повелителя и растерзали Загребного. Это и считается их последним осмысленным действием. После этого они опустились в подземелья и впали в спячку, ожидая прибытия нового императора. Но без короны никто к ним явиться не мог. И саму корону никто практически не видел, не знал, как она выглядит и где ее искать. Хотя поиски саркофага с юным наследником никогда не прекращались. Круг замкнулся. Дворец императора никто больше не защищал, и он пал под наплывом ринувшихся со всех сторон завоевателей. Тогдашнюю королеву Колючих Роз тоже уничтожили, но ее наследница сумела отыскать действенное оружие, частично научилась управлять некоторыми духами с помощью доставшихся ей амулетов и выдворила завоевателей за пределы государства.

Королева сделала паузу и стала подводить итоги:

– Как, может, и не прискорбно осознавать монархам высшую над собой власть, как ни противны мне будут новые указы и распоряжения, но другого пути у меня нет. Вернее, есть, но его пока и рассматривать не хочется. Поэтому у меня остался только один, самый важный и решающий вопрос: что вы намерены предпринять в самом ближайшем времени, господин Загребной?

Теперь все взгляды скрестились на Семене. Разве что только Стефани, сидевшая рядом, чуть скосила глаза и старалась не дышать. Она если не знала точно, то обязательно догадывалась про истинную личину графа Сефаура. Наступал момент истины.

«Если отвечу не так или пойду в размышлениях не туда, скорее всего, меня здесь и уничтожат. Ни копья с собой, ни арбалета. Простое оружие и возможная помощь виконтессы – не в счет. И что самое обидное, у меня нет малейшего намека на правильный выбор. Если я предложу союз против бессмертного императора, они могут стать на его сторону. Если намекну на свою поддержку новой власти, они меня как свидетеля своих колебаний тоже уберут без раздумий. Ничего не остается, как…»

– Буду говорить честно. Если новый император возжелает править зло, жестоко и разрушит единственно верный здесь институт матриархата, я буду с ним бороться. Но если он оставит монархические династии на своих местах и улучшит в итоге благосостояние подданных всей империи, то я встану на его сторону. И если вы уже успели заметить, я своих слов на ветер не бросаю.