Вот так и все обитатели баронства восприняли новость о начавшейся войне. Многие даже расстраивались от несерьезности такого противника. Мол, и разогреться или повоевать даже не успеем, а уже придется домой возвращаться. Потому все и спешили на места обозначенных сборов, ибо сильно мечтали в самых первых рядах и клиньях врезаться в строй врага. Разносящиеся упорно слухи и сплетни о каких-то пушках и ружьях любой солидный рыцарь игнорировал сразу и бесповоротно. Как и невесть откуда взявшиеся сведения, что саниеровцы строят корабли из железа. При таких рассказах многие откровенно смеялись, а потом долго фантазировали на ту тему, что их доспехи, кольчуги и полный комплект вооружения тоже могут помочь плавать по морю сколько угодно времени.
Шутки шутками, смех смехом, а тритии собирались за пару часов, полки формировались за десяток, и уже готовые соединения с полным обеспечением и хозяйственным обозом выводились и рассредоточивались в окрестностях столицы. Оборонительные рубежи теперь напоминали ветки, обрызганные сахаром и облепленные муравьями. Но здесь уже личная заслуга принадлежала только высшему лорду-барону Брави Кейгу, который сумел для этого мобилизовать как всех жителей самого Вадерлона, так и его пригородов. Укреплялись стены, поправлялись башни, строились новые контрфорсы, и готовился весь комплекс вспомогательных средств, которые необходимы защитникам при осаде.
Не меньшую активность проявил и высший лорд-барон Рамс Стернеги. Ему верили, его уважали, к каждому его слову всегда прислушивались все без исключения люди, состоящие как в цехах ремесленников, так и выходцы из крестьянских семей, стремящиеся на постоянное место жительства в город и чаще всего устраивающиеся работать в услужение при домах, поместьях и дворцах. Да одних только конюхов каждый уважающий себя рыцарь держал при своих конюшнях двое, если не четверо. Да плюс шорник, да плюс оружейник. Не говоря уже о плотниках, садовниках, поварах и другой массе вспомогательных слуг и специалистов широкого профиля.
При уходе хозяина-барона-рыцаря в поход, на войну или при полной мобилизации любой его работник имел право записаться в городское ополчение и с верой в значительные наградные защищать стены родного города. А так как подобного не случалось давно (даже прадеды не могли похвастаться геройством), то слуги повально шли на зов самого великого и прославленного рыцаря, высшего лорда-барона Рамса Стернеги. И теперь он с красными от бессонницы глазами метался среди полугражданского люда и распределял, формировал, обучал, наставлял, вооружал и так далее и тому подобное.