– Давай угадаю, на них напали бездушные? – быстро оценив новоприбывших, начал Фил.

– Кристина, ты как? – игнорируя вопрос Филиппа, обеспокоенно спросил Калеб.

– С ней все в порядке, – фыркнул Филипп, не дав Кристине ответить, – Можешь сказать спасибо за ее спасение. Я только что убил бездушного.

– Я тоже, – Калеб отпустил Кристину, снял камзол и протянул его смертному, но мужчина отказался, сказав, что ничего не примет у слуг смерти. Калеб нахмурил лоб, но настаивать не стал, а обратился к Филиппу:

– Нужно найти бездушного, который обратил животных…

– Вот ты и ищи, а я присмотрю за Кристиной, а мне крыс и пепла хватило. Плечо до сих пор ноет! А прошло две недели! – Филипп посмотрел на смертных, приведенных Калебом и небрежно добавил, – Ну, могу еще и за этими приглядеть. Вы с нами или дальше сами пойдете?

– Нам некуда идти, я сжег свой дом, и сбежал из этого проклятого места, – хмуро отозвался Карл, – Смерть опоздала, хотя люди молились ей, – Филипп заметил, что Карл смотрит на Кристину, словно последние слова предназначались ей.

– Что произошло? – вдруг спросила Кристина, сев вполоборота на лошади.

– Несколько дней назад к нам в деревню приехал торговец, продавал различные сладости и в подарок давал, – Карл полез в карман и достал желтую конфету, в центре которой виднелась черная начинка, – Вот эти конфеты. Когда моя жена съела одну такую, она изменилась. Глаза ее почернели, она начала рычать, точно голодный зверь…

Карл стал мрачнее, чем был он, опустил голову и крепче обнял спящего на руках ребенка.

– Она что-то сделала с Вестой и Марком. Это наши младшие, были… Малыши начали вести себя так же как их мать… Она хотела сделать то же самое и с Анни, но я вовремя подоспел и запер ее в доме с теми детьми.

Филипп взял из рук смертного конфету и внимательно стал рассматривать ее. С виду это была обычная сахарная карамель, но сердцевина была какой-то странной. Филипп никогда еще не встречал карамель с начинкой, но пробовать ее он не захотел и отдал в руки Калеба.

Напарник внимательно рассмотрел конфету, положил на землю и раздавил сапогом. Карамель треснула, оголив начинку. Внутри была Слеза Смерти.

– Это камень? – присмотревшись к черной горошине на земле, удивленно спросил смертный, – Это из-за него моя жена, дети и почти вся деревня превратились в чудовищ?

Калеб ответил кивком головы. Филипп тяжело вздохнул, он уже представлял, сколько бездушных ходит по округе в поисках живых существ.

Сын Карла хотел поднять с земли и рассмотреть повнимательней, но Филипп вовремя схватил мальчика за кисть и предупредил, что голыми руками камень лучше не брать и раздавил его.