– И Даниэль с тобой согласен? – Филипп вопросительно посмотрел на напарника Марты.

Он почувствовал взгляд и оторвался от рисования.

– Если Костлявая даст добро, я сделаю еще один такой скелет, мне он казался гораздо удобнее, чем смертный, – Даниэль начал загибать пальцы, перечисляя, – Ему не нужна еда и вода, ему не нужен сон, ему не нужно ходить по нужде, он не отвлекает от работы. Поклонники смерти меня утомляют своими проповедями. Скелет был бы лучше…

– Скучно сидите, – к ним подошел Вей, – Хотите фокус?

И не дожидаясь ответа, Вей подхватил мешок с конфетами, который для удобства Филипп поставил на стол. Конфеты исчезли.

– А теперь абра-кадабра, – Вей накрыл другую руку платком, открыл ее и на ней появились пропавшие конфеты. К Вею присоединился Ян и они вдвоем развлекали всех почти до рассвета.

Как только ночной мрак рассеялся, Оскар позвал первую группу. Марта пожелала Филиппу удачи и потрепала по голове.

Удивительно оказалось то, что бездушных не было рядом с домом. Оскар выразил беспокойство, что защитный купол рухнул и бездушные сбежали за городские стены. Было решено разделиться. Виктор отправился с Даниэлем. Филипп хотел идти со своим напарником, что ему казалось естественным. Только Оскар возразил:

– Ты слишком медлителен для Калеба, он быстрей обследует свою часть города без тебя. Ты идешь со мной. Если кто-то найдет бездушных – выпускает сигнальное заклинание.

Филипп ждал, что напарник не согласится с Оскаром, но он поддержал его и Фил обиделся, но ненадолго. Обида быстро забылась, когда Оскар запрыгнул на крышу и побежал по ней к северным воротам.

Жнецам понадобилось полчаса, чтобы добежать до ворот. Через опущенную решетку виднелась синяя стена защитного заклинания.

–Ничего не понимаю, куда они все пропали за одну ночь? – задумчиво приложив палец к бороде, сказал Оскар, стоя на крыше.

Филипп решил спрыгнуть на землю, стоять на скользкой крыше ему не нравилось, а раз не было бездушных, то и бояться чего-то не стоило. Он достал конфету из кармана и закинул одну в рот, осматриваясь.

Улица перед северными воротами была широкой, вымощенной битым гранитом, по краям стояли заброшенные прилавки. Филипп подошел к одному такому, на нем лежало брошенное мясо, за несколько дней без присмотра оно обветрилось и стухло, и воняло так, что Филипп поморщился и пошел дальше. Он прошел мимо бочек с соленой рыбой и решил зайти в дом, с открытой нараспашку дверью.

В доме был бардак. Мебель поломана или перевернута, и ни одной души, ни живой, ни мертвой.

– Фил, ты зачем сюда зашел? – строго спросил Оскар, осторожно заглянув в дом.