Бездушные не могли не заметить жнецов, некоторые начали пытаться залезть на крышу, бросались на стены и пытались вскарабкаться по ним. Филипп смотрел на эти тщетные попытки с облегчением и мысленно радовался, что бездушные не обладают разумом.

Вдруг Филипп почувствовал тряску, он едва не упал и не скатился по черепице в толпу бездушных, преследующих их.

– Они там! – Вей указал рукой вперед на четыре точки вдали.

Жнецы отделили себя от бездушных огромной пропастью и держались спина к спине. Филипп узнал Марту по красной блузе, она опустила косу в землю, в нескольких шагах от нее стоял Виктор, он ударил тупым концом о землю, и земля затряслась.

– Спускаемся, – приказал Ян, спрыгивая.

Вей закрутил цепь, создавая копии. Филипп начал раскручивать косу, собирая ветер в руку. Ян выпустил цепь и разрубил ею троих бездушных, присел на одно колено, схватившись за грудь. Филипп приземлился рядом с ним и уничтожил одного бездушного, желавшего наброситься на Яна и сжал губы. Ладонь прожгла боль, словно ее окунули в расплавленное железо. Вей выпустил своих копий в атаку, оставшись стоять на крыше.

– Ты как? – спросил Филипп у Яна, смотря в сторону, где стояла Марта. Их отделяло всего десяток метров и огромный ров. Ян поднял палец вверх и поднялся на ноги. Он создал копии и отправил их на бездушных, бегущих к ним. Филипп откинул порывом ветра четверых, одному отрубил голову, хватаясь за плечо.

– Как ты только держишься, – крепко сжимая зубы, прошипел Филипп сквозь боль, он поражался выносливости жнецов-близнецов.

– Копии забирают на себя часть боли, – пояснил Ян, у которого почернела половина лица и треснула кожа, – Расчистишь дорогу?

Филипп кивнул, раскручивая косу, он поймал большой порыв ветра, закрутил его в небольшой смерч и отпустил в толпу бездушных. Вихрь пролетел вдоль домов, затягивая в себя все, что попадалось ему на пути. Бездушных разрывало, некоторые части тел вылетали из смерча, причиняя Филиппу немыслимую боль. Филиппу казалось, что он горит, тело чернело, он начал падать, но под плечо его подхватил Ян.

– Я ненавижу бездушных, – сплевывая почерневшую кровь, сказал Филипп, смотря с облегчением, как его смерч рассеивается. Куски бездушных дождем рухнули на землю, засоряя улицу.

– Ты молодец, расчистил им дорогу к нам, – подбодрил его Ян, он закинул цепь и зацепился за черепицу, натянул цепь и запрыгнул вместе с Филиппом на крышу, – Вей, теперь твоя очередь.

Филипп присмотрелся к лицам жнецов близнецов и решил, что у него галлюцинации. Лица Вея и Яна почернели и стали похожи на горящие угли.