Чудовище – убить.
Убить!»
Но легче решить, чем сделать. Обезьяна шла рядом, ещё и поддерживала зайца! Чувствовала каждое его движение, и как на волнах морских подхватывала его, давая на себя облокотиться. Йети без слов понял, что заяц хромает. Он чувствует. «Он чувствует физическое. Это очень «физическое» существо! Никакая мысль его не отвлекает! Никакая абстрация! Он в них не существует, «не преломляется». Нет, всё-таки это дегенерат! Только он не родился им. Он стал им. Как? Почему? Он, конечно же, не скажет. Он вряд ли и знает! Сейчас, идя с ним в ногу, дыша одним воздухом, одним туманом, я даже хотел бы его… простить? Да, я хотел бы его жалеть. Но я не опускаю больше взгляд! Я боюсь встречаться с ними взглядом! Да, Я БОЮСЬ! Я боюсь даже смотреть на то, что ты сделал! Иных выворачивает от одного вида таких изувечий, а ты! Ты же ничего не чувствуешь! Трава! Ты идёшь по траве… туда, где «гулять можно», гулять! Что ты такое, йети?! Зачем ты убиваешь их?»
После очередной серии фанфар и фейерверков, змеёй пролетевших через весь город, наступила обманчивая тишина. Условное кольцо рогатого народа снова начало сжиматься вокруг зайца. Он слышал как растёт и ширится толпа, идущая за ним и йети. Они держат дистанцию. Обходят с двух сторон, не дают свернуть. «Куда они ведут нас? Ведь ведут же?». Улица косит на метров 60 и плавно сливается с одной из двух улиц большого креста. «А там и до центра – всего ничего. Там же и храм 7-ого война. Там видать и будет главная ловушка для йети. Поделом ему! Заслужил свою смерть! Если я должен собой пожертвовать, я… я приведу его туда. Будет вам отмщение! Будет вам…»
Ударил храмовый колокол! (По ощущению – очень близко! «Не может быть так близко!») «БЕ-ЭЭЭЭЭЭЭ!», заорал кто-то, и снова ударили в колокол. «Кажется – это один и тот же козёл! Тот, что вопит! Он же и бьёт. Вопит, размахиваясь молотом! Вот сейчас опять будет! Сейчас!»
Некто с молотом: БЕ-ЭЭЭЭЭЭ!
И прогремел удар. Ещё один. Ещё один. Ещё один. Ещё. И ещё. Всего 7 раз. Как и должно по обычаю. «Но что это значит? Это вызов? Вызов 7-ого воина, как в сказке? А что йети? Он вроде бы… никак и не реагирует! «Стучат и стучат!» Ему-то что!? Может для меня стучат? Я тоже не понимаю. Может для этих? Они кажется остановились. Ну понятно! Дело сделано! Нам теперь уже некуда сворачивать. Мы окружены плотно.»
Преодолели плавный переход, вошли на улицу креста – скоро и храм станет виден. Отсюда зайцу будет полегче – и верёвок много от столба к столбу, и натянуты они как тетива, как струны. «Теперь точно как на казнь плетёмся! Со всеми удобствами! Эх!»