Финн обернулся, похолодев:

– Ты же сказала, что ее там не было!

– Я сказала, что ее нет в Инкарцероне. Но она была здесь раньше.

Финн заледенел. Посмотрев на Клодию, он заметил, как та побледнела. Тишину нарушил Джаред:

– Когда?

– Она родилась тут и прожила одну неделю. А потом словно испарилась – никаких тюремных записей. Кто-то забрал из Тюрьмы младенца, и вот, поглядите-ка, – дочь Смотрителя. Ему, наверное, очень нужна была дочь. Видимо, его собственная умерла, иначе он выбрал бы сына.

– Ты опознала ее по младенческой фотографии? Это, знаешь ли… – начал Кейро.

– Не только. – Аттия продолжала смотреть на Клодию. – Кто-то помещал ее портреты в книгу. Такие же изображения, как те, наши. Там все – как она взрослела и как получала, что пожелает: наряды, игрушки, лошадей. Ее…

– Помолвка? – ядовито продолжил Кейро.

Финн резко обернулся:

– Я там был, на тех изображениях, Аттия?

– Нет, – одними губами произнесла девушка.

– Уверена?

– Я бы тебе сказала, – горячо проговорила Аттия. – Я бы сказала. Но там была только она.

Финн перевел взгляд на потрясенную, оглушенную Клодию, потом – на Джареда. Тот тихо проговорил:

– Я обнаружил, что имя Сапфика известно и у нас. Похоже, он действительно совершил Побег.

Сапиенты обменялись быстрыми взглядами.

– Понимаете, что это означает?

Старик торжествовал. В его израненное, истекающее кровью тело вернулась прежняя энергия.

– Ее забрали отсюда. Сапфик выбрался сам. Выход есть! Может, если мы соединим оба Ключа, мы сможем разблокировать его?!