Проглотив поданный завтрак, я изображала скуку на лице. Я брела по сверкающим коридорам дворца, всем видом показывая, что никаких целей у меня нет и я лишь убиваю время. Затем я покидала дворец и отправлялась в проснувшийся город.

На меня едва обращали внимание, когда я все тем же небрежно-скучающим взглядом осматривала магазины, дома и мосты, ища хотя бы проблеск заклинания, в котором бы ощущалась магическая сила. Впрочем, у горожан и не было особых причин интересоваться мною. Фэйскую знать Двора лета Амаранта загнала в Подгорье. Оставшиеся здесь предназначались для пыточных забав ее приспешников.

Многие здания и улицы были испещрены шрамами — отместка за попытку восстания. Копоть на стенах, трещины, глубокие ниши там, где пытались эти стены ломать. Попадались дома, разрушенные до основания, где еще не успели вывезти обломки и мусор. Задний фасад замка Таркина, о котором он рассказывал, производил удручающее впечатление. Три башенки наполовину обгорели, бронзовый камень почернел от копоти и во многих местах осыпался. Здесь не ощущалось никаких признаков Книги. В этом месте, как во всей Адриате, рабочие сосредоточенно восстанавливали разрушенное Амарантой.

Фэйцы и фэйри с чешуйчатыми телами, жабрами и длинными, тонкими пальцами — все постепенно оправлялись от полувекового кошмара. Я видела искалеченных, видела тех, у кого недоставало руки или ноги. Но в глазах… в глазах был свет.

Я ведь и их спасла.

Освободила от ужасов, творимых здесь в течение пяти десятилетий.

Ради их спасения я совершила чудовищный поступок, но… я их спасла.

Мне никогда, никакими благодеяниями не искупить содеянное, но какой-то особой тяжести на душе я не чувствовала. Я и сегодня не обнаружила признаков Книги, но даже это меня ничуть не расстроило, я в довольно сносном расположении духа вернулась во дворец. Наступил вечер. Я ждала рассказа Ризанда обо всех встречах, на каких он был вынужден томиться в течение дня, и втайне надеялась: вдруг он что-то узнал о Книге?

Вступив на дворцовую лестницу, я вдруг ощутила усталость, накопленную за день. Неужели я такая хлипкая? И это — после изматывающих уроков Кассиана? Перебирая ногами по ступенькам, я увидела Амрену. Та сидела на перилах балкончика одной башенки и занималась своим всегдашним делом — чистила ногти.

Вариан застыл на пороге балкона другой башенки — с него можно было перепрыгнуть на первый. Казалось, Вариан раздумывал: сумеет ли он прыгнуть с достаточной быстротой, чтобы столкнуть Амрену вниз?

Игра кошки с собакой — вот как это называлось. Амрена была очень похожа на кошку-чистюлю, вылизывающую шерстку. Она молча подзадоривала Вариана подойти и обнюхать. Но я сомневалась, что ему понравятся коготки Амрены.