— Ты первая не высмеяла мой замысел уничтожения сословных разграничений. Даже Крессэда усмехалась, когда я ей рассказал. Если не хочешь брать ожерелье в знак благодарности за спасение, возьми в качестве благодарности за понимание.

— Второе нравится мне больше. Ты вовсе не должен вознаграждать меня за спасение.

— Бери-бери, — мотая головой, сказал он.

Я понимала, что обижу его отказом, и потому взяла шкатулку.

— Это ожерелье очень пойдет тебе при Дворе ночи.

— Возможно, я останусь здесь и буду помогать твоему решительному преображению мира.

Таркин скривил губы:

— Мне бы очень пригодился союзник на севере.

Не за этим ли он привел меня сюда? Не это ли было истинной причиной его подарка? Удобное место. Здесь я в его безраздельной власти. Меня можно запечатать в этой сокровищнице вместе с золотом и прочими драгоценностями.

— Тебе незачем бояться. — Похоже, Таркин учуял мой страх. — Но мои слова о союзнике — не пустой звук. Я же видел… у тебя есть разногласия с Ризандом. А с ним необычайно трудно иметь дело. Он делает то, что хочет, строит замыслы, о которых не рассказывает до тех пор, пока не осуществит задуманное. Он не привык извиняться за свои поступки и признавать ошибки. Будь его посланницей в смертном мире, а заодно будь и нашей. Ты видела мой город. У меня есть еще три таких. Вторгнувшись сюда, Амаранта почти сразу же все разрушила. Сейчас мои подданные мечтают только о мире и безопасности. Они хотят, чтобы им никогда снова не пришлось озираться по сторонам, ожидая угроз. Другие верховные правители рассказывали мне о Ризе и предостерегали, что он очень опасен. Но тогда, в Подгорье, он меня пощадил. Бритий был моим двоюродным братом. Мы собирали силы по всем нашим городам, чтобы штурмовать Подгорье. Прихвостни Амаранты схватили его, когда он пробирался по туннелям на встречу с командирами повстанцев. Риз увидел это в мозгу Брития. Я знаю, что увидел. Однако он солгал Амаранте и ослушался ее, когда она приказала превратить Брития в живой призрак. Возможно, Риз действовал прежде всего в собственных интересах, но это был шаг милосердия. Он знал, что я молод и неопытен, и решил меня спасти.

Таркин качал головой, будто говорил не со мной, а рассуждал вслух.

— Я иногда думаю, что Ризанд… Что он стал шлюхой Амаранты, дабы оттянуть бо́льшую часть ее внимания на себя и, насколько возможно, обезопасить всех нас.

Естественно, я не собиралась рассказывать ему ничего из того, что знала. Но меня выдавала печаль в глазах. Таркин и представить себе не мог, что́ на самом деле пережил Риз.