Рука Ризанда у меня на спине была ощутимым предостережением не расхолаживаться. Лицо его, как всегда в подобных случаях, оставалось холодным и бесстрастным.

Я прошла к себе. Там меня уже ждали кожаные иллирианские доспехи, рядом лежал пояс с иллирианскими ножами.

И я снова оделась для сражения.

Риз опустил нас у кромки отлива, а сам снова взмыл в небо — следить за караульными на острове и на суше, пока мы охотимся за Книгой.

Илистая жижа отвратительно воняла. Она хлюпала и чавкала у нас под ногами, пока мы шли по узкой отливной дороге к развалинам маленького храма. Серые камни дороги густо покрывали ракушки, водоросли и мелкие морские твари, часть которых торопилась убраться с нашего пути. Где-то в храме, за слоями магической защиты, хранилось то, ради чего мы затеяли путешествие ко Двору лета. «Где ты, где ты, где ты?» — спрашивала я.

Риз и Амрена заранее проверили это место на предмет внешних слоев защиты и не обнаружили ничего. Странно, но одной головной болью меньше. Еще они узнали, что внешняя дверь в храме не сохранилась. А при открытом дверном проеме ни о каком фонаре не могло быть и речи. К счастью, через многочисленные трещины в потолке лился лунный свет, и его нам вполне хватало.

Мы очутились по колено в илистой жиже. Вода тихо плескалась, появляясь и исчезая через проломы в стенах. Внутри храм не разделялся на помещения. Мы с Амреной внимательно разглядывали комнату, в которой оказались. Она была почти квадратной, с шириной стен не более сорока локтей.

— Я ее чувствую, — шепнула я Амрене. — Ощущение вроде… когтистой руки, скользящей по спине.

У меня пощипывало кожу. Даже теплая подкладка доспехов не спасала от зябкости. Вот уж не думала, что при Дворе лета может быть холодно.

— Она спит, — добавила я.

— Неудивительно, что ее спрятали под камнем, илом и морской водой, — пробормотала Амрена.

Она крутилась на месте, присматриваясь и принюхиваясь. Каждый шаг отзывался отвратительным чавканьем жижи.

Меня охватила дрожь. Иллирианские ножи на поясе были здесь немногим полезнее зубочисток.

— В стенах нет ничего, — сказала я. — Но она здесь.

Мы обе глянули себе под ноги и поежились.

— Лопату надо было захватить, — проворчала Амрена.

— Кто же мог подумать?

Время отлива неумолимо заканчивалось. Дорога каждая минута, и не только потому, что скоро вода начнет прибывать. Восход солнца тоже не за горами.

Каждый шаг давался с усилием. Ил сделался необычайно цепким, словно не желал нас пускать. Я сосредоточилась на ощущении, на зове Книги. Пробравшись на середину помещения, я остановилась там, в мертвой точке. «Здесь, здесь, здесь», — шептала мне Книга.