Лист мгновенно исчез. Я стала ждать, а когда ожидание затянулось, решила отправиться завтракать. Я успела проглотить половину яичницы с поджаренным хлебом, как возле тарелки, аккуратно сложенный, возник тот самый лист.

«Это означает, что я не склоняюсь ни перед кем и ни перед чем, кроме своей короны».

На этот раз появилось и перо. Я ограничилась двумя словами: «Как драматично». Через связующую нить по другую сторону моего заслона я отчетливо услышала его смех.

Мне тоже стало смешно, однако в присутствии Амрены я лишь улыбнулась и отвернула крышку первой банки. В ноздри ударил металлический запах. Амрена учуяла кровь, посмотрела на банки и…

— Надо же. Я тебя люблю.

— Мясник резал молодого барашка… если для тебя это имеет значение. Пока я несла кровь сюда, она успела остыть. Хочешь, подогрею?

Забыв про Книгу, Амрена подскочила к открытой банке, обхватила ее обеими руками и принялась жадно пить, словно воду. Что ж, хотя бы не придется искать кастрюлю.

Амрена незаметно одолела половину банки. Струйка крови стекла у нее по подбородку и упала на серую рубашку. Я впервые видела Амрену в столь измятой одежде. Облизав губы, она поставила банку на стол и удовлетворенно вздохнула. Ее зубы стали красными и блестящими.

— Ой, спасибо.

— Какую кровь ты предпочитаешь?

Амрена торопливо вытерла салфеткой запачканный подбородок и недовольно покосилась на пятна, растекшиеся по рубашке.

— Я всегда любила баранью. Особенно молодых барашков. Все внутри вспыхивает, когда ее пьешь.

— Значит, не человечью? — осторожно спросила я.

Амрена поморщилась:

— Водянистая. Зачастую отдает тем, что они ели в последний раз. А поскольку большинство людей жрут что попало, только бы пузо набить, с их кровью лучше не связываться. А вот барашки… Я бы и от козьей не отказалась. У коз кровь чище и оттенков вкуса побольше. Напоминает мне об иных временах. И иных местах.

— Интересно, — сказала я, поскольку не отказалась бы взглянуть на мир, из которого занесло сюда Амрену.

Хозяйка странного жилища допила остатки крови и поставила опустевшую банку в небольшую раковину, прилепившуюся к стене.

— Я думала, у тебя более просторное жилище. И с более роскошным убранством, — призналась я.

Встретив Амрену в другом месте, можно было решить, что она живет во дворце или, по крайней мере, занимает такой же дом, как Риз. Однако все ее изысканные наряды висели на стойках возле кровати, а драгоценности горками высились на нескольких комодах и столах. Пожалуй, на все это золото, серебро и самоцветы можно было бы купить земное королевство.