Этот мужчина передо мной… мой друг.

Он столько для меня сделал, а я ничего не дала ему взамен. Даже сейчас, рисуя звезду на его ладони… Пусть она будет для него.

Я нарисовала вторую звезду. И снова улыбнулась ему, широко и открыто.

— Ты бесподобная, — прошептал Риз.

Воздух между нами, между нашими соединенными руками вдруг стал очень плотным. Однако я сказала:

— Ты задолжал мне две душевные тени. Еще с тех пор, когда я только здесь появилась. Скажи, о чем ты сейчас думаешь?

Риз почесал шею:

— Хочешь знать, почему я не показывался и не отвечал на твои записки? Я был более чем уверен, что ты вытолкнешь меня пинком под зад. Я просто… — Он провел по волосам и усмешкой докончил: — Я решил: уж лучше мне на время спрятаться.

— Кто бы мог подумать, что верховный правитель Двора ночи может испугаться бывшей человеческой девчонки, которая совсем недавно не умела ни читать, ни писать? — вкрадчиво спросила я.

Риз улыбнулся и слегка пихнул меня локтем.

— Это одна тень. А теперь расскажи мне про вторую.

Его глаза опустились к моему рту.

— Я сожалею, что тогда, в Подгорье, тебя поцеловал.

Я и забыла про тот поцелуй. Риз поцеловал меня, чтобы Амаранта не узнала о наших с Тамлином пылких объятиях в полутемном коридоре. Поцелуй был жестоким, требовательным, однако…

— Почему?

Теперь он смотрел на звезду, что я изобразила у него на ладони. Наверное, ему было тяжело встречаться со мной взглядом.

— Потому что я сознавал, насколько тебе неприятен мой поцелуй. Я был полон ревности, рассержен и чувствовал, как ты меня ненавидишь.

«Ты опять вступаешь на опасную тропу», — предупредила я себя.

Нет. Это во мне говорили былые страхи. Это была тропа честности. Честности и доверия. Никогда и ни с кем я не была до конца честной. И доверчивой тоже.

Я не знала, что́ сейчас читал Риз на моем лице. Наверное, выражение наших лиц было схожим: голод, тоска и удивление.