— Во-первых, я бы такое никогда не предложила. А во-вторых, сомневаюсь, что Риз в состоянии выправить чей-то рассудок.

Неста принялась расхаживать перед потухшим очагом.

— Все имеет свою цену. Возможно, за молодость и бессмертие Элайна расплатилась частью своего рассудка.

От ее слов у меня задрожали колени.

— А какую цену заплатила ты? — спросила я, опускаясь на мягкий диванчик.

Неста остановилась.

— Смотреть на страдания Элайны, когда сама выбралась оттуда без единой царапины.

— Неста!

Я снова вскочила на ноги.

— Не волнуйся. Выдержу.

Она пошла к лестнице. Я двинулась следом. Сверху спускался Ласэн. Увидев Несту, он поморщился и замер. Неста проскочила мимо, даже его не заметив. Понимая, что Ласэн ждет от меня объяснений, я заставила себя вернуться в гостиную. Там я плюхнулась в первое попавшееся кресло. Бархатная обивка царапала мне голую спину. Сколько времени прошло после нашего возвращения из Каменного города? Полчаса? Меньше? Неужели всего лишь утром мы с Кассианом побывали в Тюрьме? Казалось, с тех пор прошло несколько дней.

Ласэн сел напротив.

— Тяжелый день? — спросил он.

Я что-то буркнула в ответ.

— Я считал Тюрьму одним из мифов, — признался Ласэн, щуря металлический глаз.

— Как видишь, нет.

Ласэн чувствовал, что я не особо настроена разговаривать.

— Надо чем-то помочь Элайне. Я слышал… что она говорила на лестнице. Надо бы позвать целителя. Ей нужна помощь извне и изнутри.

Я вдруг почувствовала себя очень усталой. Мне едва хватало сил, чтобы спросить:

— Думаешь, Котел повредил Элайне разум?