— Я солдат, — без всякой бравады заявил Кассиан. — Это часть моего ремесла.

— Я приказывал тебе обождать, — прорычал Риз. — Ты не пожелал выполнять приказ.

Я мельком взглянула на Мор, потом на Азриеля, — может, нам оставить их вдвоем? Они были целиком поглощены новой битвой — по счастью, словесной.

— У нас уже цепь ломалась, а ты со своими дурацкими приказами, — огрызнулся Кассиан.

— Я — твой верховный правитель, — рявкнул Риз, упираясь руками в койку. — Тебе ли не знать разницу между выполнением приказа и действием на свое усмотрение?

Морщась от боли, Кассиан все же сумел сесть.

— Если ты сердит, нечего давить на меня своим положением.

— Этот балаган на поле боя чуть не окончился твоей гибелью. — Риз выбрасывал слова, а в его глазах я видела панику. — Я не сердит. Я в бешенстве!

— Значит, тебе позволительно возмущаться нашими решениями по защите твоей персоны? А когда из тебя начинает переть это поганое самопожертвование, мы и слова поперек сказать не моги?

Риз и Кассиан молча смотрели друг на друга.

— Ты ведь мог погибнуть, — дрогнувшим голосом произнес Риз.

— И ты тоже.

Они снова замолчали. Бурлящий гнев начинал рассеиваться.

— Даже после того вечера в замке короля… не могу на это смотреть, — признался Риз.

Ризу было невыносимо видеть нас покалеченными.

Он говорил все мягче. Кассиан подался вперед и, морщась от боли, стиснул плечо Риза…

Пусть говорят. Я вышла из шатра, чувствуя себя лишней. Азриель и Мор двинулись следом.

Солнце почти село. После коротких сумерек станет совсем темно. Я огляделась и увидела Несту — она стояла у соседнего шатра, зажав между ног пустое ведро. Дождь превратил ее волосы во влажный комок. Неста хмуро смотрела на нас.

— Рану ему заштопали, — быстро сказал я. — Уже успел с Ризом поцапаться.

Плечи Несты слегка расслабились.