Другие руки коснулись моей руки. Забрызганные кровью, все в порезах, но нежные и заботливые. Я попыталась выдернуть руку, но Таркин держал крепко.

— Прости нас, — сказал он, опускаясь передо мной на колени.

Эти два слова оказались последней каплей. Они сокрушили меня. Я и не подозревала, что настолько уязвима. Произнеся эти слова, Таркин оборвал во мне последние нити надежды.

Я вспомнила слова умирающего суриеля. Он призывал меня оставаться с верховным правителем, и тогда «все наладится».

Ложь. Он лгал мне так же, как Риз, утверждавший, что ему хватит сил на восстановление Котла. «Оставайся с верховным правителем».

Оставайся.

Внутри меня призрачный ветер шевелил обрывки связующей нити. Я схватилась за них и потянула, как будто Риз мог мне ответить.

«Оставайся. Оставайся… оставайся».

Я вцепилась в обрывки. Я царапала пустоту, притаившуюся за ними.

«Оставайся».

Я посмотрела на Таркина. На Хелиона и Тесана. На Берона и Каллиаса, рядом с которым тихо плакала Вивана.

— Воскресите его, — прорычала я.

Ответом мне была пустота на их лицах.

— Воскресите его, слышите! — завопила я.

И снова ничего.

— Вы же воскресили меня, — тяжело дыша, напомнила им я. — Сделайте это для него.

— Ты была человеком, — осторожно возразил Хелион. — Людей воскрешать намного легче.

— Вы сможете… если захотите.

Они не двигались с места. Тогда я собрала остатки магической силы, готовая ворваться в разум каждого из них и заставить. Наверное, я нарушала какие-то правила и законы. Мне было на это плевать, только бы…

Таркин шагнул вперед и медленно протянул ко мне руку.