– Что тебе от меня надо? – спросила она.

– Когда я вернусь в мир смертных, моя магия останется со мной, но переносить с собой знания нет нужды. Их понесешь ты, – изрек Юрис.

– Какая честь, – безучастно отозвалась Зоя.

– Все эти ваши правила, по которым живут гриши, это ваше разделение по цветам… Вы думаете, что обучение делает вас сильнее, тогда как в действительности вы учитесь лишь ограничивать свою силу.

Зоя раздраженно тряхнула головой. Сперва ящер-переросток уничтожил ее усилитель, добытый ценой крови, а теперь оскорбляет принципы службы, которой она отдала всю жизнь. Зоя относилась к занятиям в Малом дворце со всей серьезностью – и к теории, которую изучала в библиотеке, и к практическим занятиям в хижине Багры у озера. Она оттачивала свои навыки, совершенствовала природные задатки. Были и другие эфиреалы, которым в силу врожденных талантов учеба давалась легче, однако никто из них не трудился так упорно, как Зоя.

– Можешь говорить все что угодно, но я знаю, что благодаря тренировкам очень выросла как шквальная.

– Но выросла ли ты как гриш?

– Не это ли я сейчас сказала?

– Не совсем. Впрочем, в самом начале я был так же невежественен, как ты, и, ровно как ты, не имел в арсенале ничего, кроме буйного ветра на кончиках пальцев.

– Ты был шквальным? – удивилась Зоя.

– Этому нет названия.

– Но ты мог заклинать ветер? – не отставала она.

– Мог. И заклинал. Использовал бурю в качестве дополнительного оружия.

– В какой войне?

– В бесчисленных войнах. Кто-то считал меня героем, кто-то называл захватчиком, варваром, грабителем храмов. Я старался быть хорошим человеком. По крайней мере, так мне помнится.

Мужчины просто обожают хвастаться своими подвигами!

– Не все мы так благородны, как твой король.

Зоя прогулялась по залу. Взгляд особо ни за что не цеплялся; кроме коллекции оружия, развешанного на стене, все было из черного камня: полка над исполинским камином, где плясало синее пламя, декоративные фигурки на ней, гербовый щит.

– Если ты ожидал, что я стану осуждать Николая за его доброту, то просчитался.

– А если я скажу, что Равке нужен более жесткий правитель?