– Верится с трудом, – скептически произнес посол.
Женя пнула под столом Исаака.
– На полный желудок обсуждать дипломатические вопросы затруднительно, – любезно улыбнулся он послу. – Предлагаю дождаться десерта.
Позже Толя склонился над его ухом и прошептал:
– Ешьте, ваше величество.
– Вся еда на вкус как пепел, – пожаловался Исаак, тоже шепотом.
– В таком случае добавьте соли.
Исаак заставил себя прожевать и проглотить несколько кусочков, и на этом, к его величайшему изумлению, обед завершился.
Гости разошлись по комнатам. Толя с Тамарой особыми коридорами провели Исаака в личные покои короля. У самых дверей Толя остановил его, положив ему на грудь огромную ладонь.
– Стой. – Он принюхался. – Чувствуете запах?
Тамара повела носом, осторожно приблизилась к двери.
– Пахнет чесноком. Арсин, иначе говоря, гидрид мышьяка. – Она подала знак стражнику. – Вызовите сюда Давида Костюка и кого-нибудь из шквальных. Дверь взломана.
– Ядовитый газ? – спросил Исаак, когда близнецы повели его прочь.
– Поздравляю. – Толя хлопнул его по спине и мрачно усмехнулся. – Ты выглядел убедительно, раз кто-то уже отважился на попытку покушения.
22 Николай
22
Николай
Николай пытался привыкнуть к своему новому жилищу, к странному сочетанию песка и камня. Подобные апартаменты – благоустроенные, хоть и немного старомодные, – вполне могли бы вписаться в интерьер его дворца, если бы не бедность палитры и однообразная текстура. Все здесь виделось как будто издалека, сквозь дымку тумана. Исключением была кровать: нелепый романтический будуар, украшенный алыми розами, – очевидно, творение Елизаветы. Николай улегся в постель, решив вздремнуть, но сон не шел. А вдруг во сне проявится монстр? Попробует ли он вылететь на охоту в этих пустынных местах?
Николай был крайне утомлен, однако его тело словно бы утратило всякое ощущение времени. В Каньон они отправились поздним утром, но в этих постоянных сумерках невозможно было определить, минуло несколько часов или дней. Время как будто ускользало.