– Весьма обнадеживающий ответ. – Зоя уперлась носком сапога в бок дракона и запрыгнула ему на шею. Сидеть на хребте было неудобно. Драконы не созданы для верховой езды.

– Держись, – сказал Юрис.

– Так вот что, стало быть, я… – Зоя охнула и намертво вцепилась в чешую; дракон хлопнул крыльями раз-другой и взмыл в бесцветное небо.

Ветер ударил ей в лицо, растрепал волосы, заставил глаза заслезиться. Зоя летала раньше – на искусственных крыльях, придуманных Николаем. Никакого сравнения с настоящим полетом. Она чувствовала, как Юрис двигается в воздушных потоках, как ходят мускулы под чешуей и даже как расширяются его легкие при каждом вдохе. Зоя ощущала под собой огромную мощь, вздымающуюся силу штормового моря.

Смотреть в Каньоне было не на что – сплошь голый песок и пустынный горизонт. Возможно, это сводило Юриса с ума – пролететь много миль и никуда не попасть, – но Зое было все равно. Пускай ее хоть вечно будут окружать эти пески и бескрайнее небо. Она радостно смеялась, сердце ухало в груди. Это ведь то самое волшебство, которое обещали сказки, детская мечта, до сих пор не сбывшаяся. Ах, если бы все это испытала та девочка, которой она некогда была!

– Открой дверь, Зоя, – слова пророкотали через все тело дракона. – Открой глаза.

– Так смотреть-то не на что! – воскликнула она и поняла, что ошибается. Впереди темнело пятно с рваными, неровными краями. Зоя моментально поняла, что это. – Разворачивайся! Я хочу назад.

– Ты знаешь, что нельзя.

– Поворачивай. – Ее кости наполнились силой грозы, она попыталась повернуть голову дракона.

– Зоя из затерянного города, – прогромыхал тот, – открой дверь.

Круто пикируя, дракон устремился к руинам Новокрибирска.

Зоя падала. Была камнем, летящим в бездонный колодец, и такой же бездонной была пустота у нее внутри. Не оглядывайся на меня.

Прошлое нахлынуло волной. Почему именно сейчас? Из-за Елизаветиных слов о ранах? Из-за подначек Юриса? Или причина – ежедневный страх захлебнуться смолой и постепенное отдаление Николая? Она совсем не хотела думать о Лилиане и обо всем, чего лишилась. Впереди – только ветер и тьма, сверху – мертвое серое небо, а под ней – развалины потерянного города. И все же в памяти Зои всплыло лицо матери.

Сабина была ослепительно красива, так красива, что и мужчины, и женщины останавливались посреди улицы, заглядевшись на нее. Однако Сабина заключила плохую сделку – вышла замуж по любви, за симпатичного молодого сулийца с широкими плечами и без особых надежд на будущее. Поначалу они были бедны, но счастливы, потом – просто бедны. Муж и жена голодали, еле-еле сводя концы с концами, и любовь их тоже истощилась. От бесконечной тяжкой работы и долгих зимних месяцев красота Сабины увяла, а душа ожесточилась. К своей дочке она была равнодушна.