В общем, чтобы успеть отреагировать на рейдерскую атаку, японцам нужно минут десять. Не лучший сценарий при внезапном нападении, но и непрерывно жечь топливо и тратить моторесурс не имело никакого смысла. Расчет командованием делался на своевременное обнаружение врага и умение команды работать быстро и четко. Сейчас же дежурная смена занималась погрузкой и текущим обслуживанием борта. Оставшаяся часть экипажа, свободная от вахты, отсыпалась в стоящей поблизости от аэродрома казарме.

Март усиленно размышлял. Во-первых, ему, как большому ценителю воздушных фрегатов, было попросту жаль уничтожать такого красавца, к тому же совсем недавно, всего полгода как введенного в строй. И если база будет захвачена рейдерами, то теоретически появлялся шанс заполучить сверхценный приз… Вероятность такого сценария была минимальна, но приятно щекотала нервы, внушая сдержанный оптимизм.

Во-вторых, двумя оставшимися у него минами такой большой корабль вывести из строя — задачка небанальная и неочевидная. Если, конечно, не заложить их прямо в бомбоотсек или под главную двигательную установку. Но там их, наверняка, скоро обнаружат. Системы управления многократно дублированы, не говоря уж о том, что корабль чужой и конструкция его не известна, и изучать ее времени нет, а вот если…

Излишней бдительностью часовые не отличались. Нельзя сказать, чтобы они спали, до такого разгильдяйства дисциплинированные японцы дойти не могли, но службу несли, что называется, спустя рукава. Очевидно, надеялись на охрану базы. Тот, который стоял у спущенной грузовой аппарели, вообще не обращал внимания на окружающую обстановку, будучи целиком и полностью занятым ленивой перебранкой с грузившими боезапас сослуживцами. Очевидно, он подгонял своих уставших товарищей, а те тонко намекали в ответ, что самый лучший способ ускорить процесс — это присоединиться к ним.

Еще один часовой находился у трапа и, уныло обхватив винтовку с примкнутым штыком, мужественно боролся со сном, бездумно таращась в окружающую темноту. Судя по всему, получалось не очень хорошо, но храпа еще не раздавалось.

Без труда проникнув внутрь фрегата под «скрытом» через изгвазданную уличной грязью грузовую аппарель, Март пробрался по коридорам и переходам нижней палубы в носовую часть, где у кораблей российской постройки обычно располагались каюты офицеров. На ходу он нацепил на ботинки пару брезентовых бахил и завязал их шнурки поверх голенищ, чтобы не выдать себя в до блеска вычищенных внутренних помещениях фрегата. К счастью, японский комсостав тоже любил комфорт и располагался подальше от двигателей. У большинства из них имелись артефакты, правда, не слишком большой мощности.