– Я ничего не знаю. Я обычный человек.

– И тебя не волнует, что твой друг валяется на улице с разбитой головой?

– Вопрос с подвохом. – Он старался не реагировать на их провокации, но кулаки сжались сами собой. Взгляд затуманился. Из ступора его вывела вонь бензина. Артемида нависла над ним с открытой канистрой, и Тесей шарахнулся, едва не падая вместе со стулом.

– Хорошо! Хорошо! Я расскажу! Просто уберите эту психованную.

– Итак. – Афина удовлетворенно потерла руки. – Ты думал, что в машине был парень. Ты его знал лично?

– Нет! В жизни не видел, клянусь вам.

– Тогда почему ты стрелял в него?

– Не только я, нас было трое, я был за рулем. – Он тут же проклял свое малодушие.

– Тебя попросили выследить его?

– Да, да. Старенький голубой автомобиль. Сказали припугнуть какого-то студента.

– И заплатили, наверное?

Он сглотнул.

– Очень хорошо заплатили.

– Посмотрела бы я, во сколько миллионов они оценили жизнь моего брата, – фыркнула Артемида.

О том, что речь шла не о миллионах, а о нескольких тысячах, Тесей благоразумно промолчал.

– Кто тебе заплатил? Почему мы должны каждое слово из тебя вытягивать? Слушай, давай просто пристрелим его!

– Какой-то мужик. – Он покосился на канистру. – У меня есть фото, может, оно вам пригодится…

Афина просияла:

– Прекрасно. Я же вижу, ты умный малый. Честно, я бы даже приняла тебя в свой кружок политологов. То есть, пока еще не мой, но это временно…

– Где фото? – перебила Артемида, дрожа от ярости.