Велисарий отошёл пару шагов. Кавалерия отступила, её место медленно занимает пехота, клинками и щитами оттесняя нежить к монастырю, но полководец всё ещё на самом острие. Его окружают орды нежити, стягивая разношёрстные ряды мертвяков. Подняв какой-то широкоовальный щит с символикой Союза, Флав приготовился биться.

Как раз подоспели серафимы и Тараэль, вместе с хранителями Калии. Бывшая гвардия Рождённых светом окружила серебряным кольцом Велисария, и они начали движение. Их ослепительные клинки въелись в ряды нежити, обращая её в пылающие факелы. Справа Калия ведёт отряд Фениксов, расписавших полотно битвы «мазками огня». Меч Закареш исторгает пучки зарядов электричества, грозовой огонь проникает в мёртвые тела, черня их, опаляя и отбрасывая. Сама она умело орудует тяжёлым мечом, поднимает и опускает, уходит от выпадов и прикрывается, не давая себя задеть. Взгляд влево и можно увидеть Тараэля. Этот боец сражается за призрачный шанс хоть как-то облегчить ярмо возмездия и обезопасить свою подругу или быть может освободиться от гнёта прошлого. Что бы то это ни было, но внутренняя сила направляет его мечи в цель – головы летят одна за другой, отсечённые руки разлетаются в стороны, а торсы прошиваются быстрыми выпадами.

Авангард наступления составил самый сильный отряд, за которым наступают основные силы. Позади них ровными рядами идут легионеры, занимающие одну позицию за другой, обступающие одну насыпь за другой. Под их мечами ложатся заблудшие, рассыпаются скелеты, но они неумолимой лиловой стеной наступают, рея знамёнами двуглавого орла. Впрочем, нежить решила парировать этот выпад, введя своим основные силы, лишь бы удержать опрокинутый север.

– Какая наша цель? – тихо спросил Тараэль, высекая полдесятка порезов на заблудшем.

– Нужно пробиться к монастырю! – кричит Консул сквозь шум боя. – Калия, твои хранители нас прикроют с флангов. Вперёд!

Под ливнем стрел над головой авангардный ударный отряд двинулся вперёд. Флав закрылся щитом, принимая удар, но не успел даже уколоть, как нежить была рассеяна ударами серафимов. Тараэль отрезал левую сторону нападающих. Велисарий только и успевает замечать, как его мечи пляшут среди мертвенно-бледной кожи, разрезая её и отбрасывая в сторону. Справа и слева хранители держат наплыв орды мертвецов. Их двуручные мечи прошибают лёгкие доспехи, хрустят костями и рассекают плоть, лишённую жизни.

Флав вырвался вперёд на самое острие атаки. Его меч то колет, то рубит. Враг не выдерживает благодати клинка. Он видит, что каждое прикосновение меча дымом отдаётся на телах, усопших. Серафимы его закрывают, атакуя, защищаясь и сменяя друг друга. Такой выучки и дисциплины он не видел давно.