Велисарий посмотрел далеко на север и узрел, как у склонов гор и наверху, построена целая батарея. Пушки и баллисты из Лиги Ковенов встали единым строем, сметая вместе с нежитью и часть баррикад. В это же время лучники и арбалетчики усилили огонь, превращая в костры крайние ряды мертвецов.

Поднявшийся вой и тошнотворный запах не смутил Велисария. Он увидел шанс, возможность атаковать, пока враг не парировал их выпад. Обрадовавшись неожиданной помощи он указал на монастырь и громко приказал:

– Вперёд!

И они снова двинулись. На этот раз и конница их поддержала. Всадники развернулись, проскакали мимо пехоты и ещё раз стеной пик врезались в мертвецов. Велисарий только увидел сверкание стали и пронёсшихся конников, а затем как целая линия прошибла четыре ряда и скелеты, да заблудшие, упокоились. Прямая дорога к монастырю была очищена – её открыл неожиданный кавалерийский удар, полностью открыв серо-бежевые плиты, ведущие ко главному двору.

Велисарий и его отряд беспрепятственно ринулись вперёд. В тылу Исаил с «Палатина Гвард», впереди серафимы расчищают путь от одиночных тварей, а сердце составили хранители. Через пару минут они оказались под хорошим ударом и луки нежити мгновенное вделись к небу. Исаил же парировал этот выпад мощным заклятьем света – над отрядом замерцал барьер света и стрелы рассеялись о него.

– Господь хранит нас! – запел Исаил, вдохновляя отряд. – Коли будем Ему верны, на зло нас не пожрёт, и дома наши не колыхнутся, Светам Своим даст заповедь охранять нас на всех дорогах. Наступим на змею и раздавим, попрём льва и дракона!

Нежить, до которой донеслись сии слова, колыхнулась и встала как околдованная, что дало возможность порешить её без труда. Тем временем арбалетчики и лучники стали осыпать стрелами и болтами монастырь. Звеняще-свистящий дождь обрушился на ряды нежити. Аркебузиры занимают позиции на возвышениях, выцеливая и стреляя по прямой траектории по тем врагам, которые всё ещё снуют в тылу, подымая гром. Батареи пушек и баллист снова дали залп, оборвав контратаку с северо-востока, утопив её в свинце, огне и магии.

Велисарий бежит, что есть сил, как и весь отряд. Они должны успеть до того, как конница отступит, до того, как пружина контрнаступления её отбросит. Вот он уже запрашивает на первую ступень, как приходится закрыться. Копья застрельщиков ударили по щиту, силы хватило, что бы руку сковала боль, но не останавливается. Его поддержали серафимы. Воины, доселе магическим образом, скрывшие крылья, распахнули их, мелькнув белыми перистыми материями света. Секунда и они уже в воздухе, в недосягаемости для лучников или застрельщиков. В это же время Велисарий повёл вперёд отряд, рубя налево и право. Его меч сверкает и звенит, сечёт мертвенно-бледную кожу, и разбивает ржавые доспехи. Враг пытается дотянуться до него когтями, кольями и щитами. В это же время серафимы спикировали на стрелков, обрушив на них освящённую сталь. Завязался бой на перекрытиях, парапетах, баррикадах и верхах колонн. Блистательные мечи разрубили заблудших, разбивали скелетов, заставляя мертвецов вновь обрести покой. Широкими мазками они оставляли сияющими след и казалось, что над монастырём повис светло-голубой ореол.