— Мортегар, он что, умер? — прошептала Авелла.

— Надеюсь, нет...

— Проклятье! — В руке Натсэ появился кинжал, она ловко разрезала штанину, потом освободила от одежды поражённое ножом место. — Попросишь человека успокоить плачущую девушку — и он приносит полудохлого стража. Нет, Морт, ты, конечно, очень талантливый, и я тебя люблю, но давай внесём в расписание «нормальные часы», а? Как ты на это смотришь? Например, с десяти утра до двенадцати дня. Два часа, в которые с тобой не происходит никакого странного дерьма.

Говоря, она осматривала Асзара. Лицо её чуть побледнело, и мне казалось, что, болтая, она помогает сама себе не сорваться в истерику.

— Ты справишься? — тихо спросил я.

— Я... Справлюсь... Он умирает, Морт! Ни хрена я не справлюсь. Нож доставать нельзя, там всё кровью зальёт мгновенно. Ты! — Она уставилась на жмущуюся в угол Боргенту. — Понимаешь в целительстве?

— Нет, — пискнула та.

— Бегом вниз, зови всю эту кодлу сюда, может, хоть кто-нибудь...

Боргента вылетела из спальни.

— Морт, Авелла — свет! Воды, горячей.

Авелла бросилась за свечами, я же сделал проще. Одно мысленное усилие — и в воздухе повисло два десятка огней. Ещё одно усилие, и воздух стал менять структуру, свет сконцентрировался на кровати с умирающим Асзаром.

— Авелла, свечи не нужны, неси таз! — крикнул я.

— Да! — Из ванны тут же послышался грохот. Из другого конца коридора доносился топот ног.

Авелла с тазом вбежала первой, сразу вслед за ней — остальное магическое собрание.

— Всем заткнуться! — крикнула Натсэ, обрывая галдёж. — Есть здесь кто-нибудь с лекарской веткой?

Две секунды тишины показались вечностью

— Только он, — сказал я, кивнув на Асзара.

— Морт — иди сюда.

— Что? Я?!

— Ты маг Пятой Стихии. Тебе подвластно всё.