Владыка рассмеялся:

— Ты принимаешь меня за кого-то другого. Я не бог и не дьявол, я не творю чудес. Я всего лишь помогаю осуществиться потаенным желаниям. И если Айрис отказывается, возможно, это ты пришел ко мне?

— Я не понимаю…

— Я вижу пустоту в тебе. И мне нравятся такие, как ты. Твою пустоту легко наполнить. Целью, желаниями, страстями, смыслом. Тебе нужно лишь заглянуть в себя.

Рикерт помотал головой:

— Тебе не обмануть меня игрой слов.

— У меня и в мыслях этого не было. Лгут и обманывают лишь слабые. Я же всегда говорю правду. Загляни в свое сердце, рыцарь. И тогда, быть может, твое желание сбудется.

— Значит, это возможно?

— В мире не существует ничего невозможного. Все зависит от цены, которую ты готов заплатить. И если ты действительно хочешь вернуть Айрис человеческий облик, если это веление твоего сердца… — Он развел руками.

— Какова же цена?

— Цена известна.

Несколько мгновений они смотрели в глаза друг другу. Рикерт знал, кто будет победителем в этой схватке. Тут не было ни малейших сомнений. И разум, и чутье на этот раз были едины в своих оценках. Но оставить все как есть… Он должен хотя бы попытаться. Даже если его попытка заранее обречена. Даже если он погибнет.

Никто не заметил, как Рикерт выхватил меч. Сверкнула сталь, а затем лицо и грудь Владыки рассекла кровавая линия. Клинок остановился в дюйме от четок. Их бесконечное движение остановилось, и Рик затаил дыхание.

В зале повисла тишина. А затем в остекленелых глазах Владыки вновь появилась жизнь. И вновь зашелестели четки. Кровавый рубец на теле растаял, и хозяин замка улыбнулся.

Рикерт вновь попытался ударить, но не успел. Из него словно бы вынули все кости, и он бесформенной грудой мяса осел на пол.

— Ты переоценил свои силы, человек. — Владыка шагнул к нему. — Ты посмел бросить мне вызов, хотя знал, что проиграешь. Ты глупее, чем я думал. Или ты решил умереть?

Рикерт со стоном перевернулся на спину, ощущая, как в тело медленно, рывками возвращается чувствительность.

— Ты слабый, человек. Ты очень слабый. Я могу легко остановить тебе сердце. Вот так.

Рикерт захрипел, схватился руками за грудь, наконец судорожно втянул воздух.

— Но я дозволяю тебе жить. Я хочу дать тебе выбор. Здесь, в Цитадели, каждый имеет право сделать выбор. Каким же он будет, рыцарь?